Ар-Деко. Своя игра

— Дурак. Бе-бе-бе-бе-бе…

— Лучше молчи. Я серьезно, — выдохнул я, попутно прикидывая, сколько времени мне еще проводить в этой компании. Может быть, и вправду лучше было дать ей еще нюхнуть, и тогда она была бы в отключке? Надо было, надо, зря я порошок рассыпал. И вправду дурак. Или как насчет нокаута? Не уверен, что получится без особых повреждений, люди под наркотиками отличаются от просто людей.

— Куда ты меня везешь? — Пластинка дала сбой и вернулась на прежнюю дорожку.

— В задницу, — огрызнулся я.

— Не-а, я в кино снимаюсь, — совершенно не оскорбилась она. — Хочешь тоже сниматься?

— Врешь, все хотят, — она опять хихикнула. — Все хотят сниматься в кино и быть как я.

— Такой же тупой от героина?

— Чего это тупой? — она вроде как удивилась. — Знаменитой.

— Тупой и знаменитой.

— Ты искренне полагаешь, что умная знаменитость будет валяться голой в квартире наркоторговца?

— И у него есть «эйч».

— И «эйч» тоже есть, — согласилась она. — Разве плохо?

— Ты все же скотина.

— Нашла чем удивить.

— Бе-е, — она показала мне язык. — Я писать хочу.

— Обойдешься. — Я прибавил газу.

— Могу описаться. И у тебя будет пахнуть, и сиденье станет мокрым. Что это за дерьмовая машина? — она постучала по панели.

— Машина как машина.

— У меня лучше. Потому что я знаменитая.

— Верю. Расскажи про свою машину. Как можно подробней, — предложил я в тихой надежде на то, что она сконцентрируется на чем-то безопасном.

— У меня машина осталась там, — вдруг вспомнила она, но тут же усомнилась: — Или не там? Там или не там?

— Откуда я знаю? Я твою машину никогда не видел.

— Там, — уверенный кивок. — Я вспомнила. Поехали обратно.

— Ты ходить не можешь, как ты ее собираешься вести?

— Ходить я могу-у, — она вдруг обиделась. — А когда водишь, ходить не надо. Ты сидишь, — она даже попрыгала на сиденье, демонстрируя, как люди сидят. — И за руль держишься.

— Мы потом за ней съездим. Где ключи?

— А где моя сумочка?

— Здесь.

— Сейчас отдай, мне ключи от машины нужны.

— Дурак, — повторилась она и опять показала язык. Затем почему-то развеселилась и захихикала. Затем, чуть подумав, снова полезла обниматься, но была довольно жестко водворена на место. — Точно дурак, — заключила Джин Фей.

Такой диалог то затухал, то возобновлялся. Несколько раз она пыталась меня обнять, раз полезла в драку и даже попыталась сесть на колени, втиснувшись задом между мной и рулем.