Ар-Деко. Своя игра

И держит эти деньги в подвале своего офиса, в сейфе. Часть денег он вынужден брать у ирландцев под процент в два «пункта» в неделю, а там очень большая сумма. Если деньги исчезнут, то Ву окажется должен и тем, и другим, а долг перед Падди будет расти очень быстро. Ву будет вынужден работать только на выплату процентов. И тогда ему могут предложить продать клуб. Не думаю, что он откажется.

— На деньги из его сейфа? — усмехнулся я.

— Именно на них. Лучше будет поменять их на доллары, например.

— Остроумно. Но нет. Я доволен своей нынешней жизнью и совершенно не горю желанием что-то менять. Могу предложить вот что, — посетила меня одна мысль. — У меня есть контакт в ФБР. И если известно, кто возит фальшивые деньги, то федеральные агенты могут их хлопнуть.

— Это не решит проблему с Ву.

— Тогда не знаю, что еще предложить.

— Я знаю, как подобраться к сейфу безопасно, как подъехать и как уйти, — сказал Богуславский. — Я бы сам легко справился, но, как уже сказал, не могу это сделать, тогда сразу все поймут, чья это работа.

— Иван Аркадьевич, вы загоняете меня в угол, вынуждая повторять одно и то же, а я не хочу быть с вами грубым. Нет. Я этим больше не занимаюсь.

Надо бы чувствовать возбуждение при упоминании такого куша, но не получается. Я не кривлю душой, мне действительно не интересно. Я обещал Сюзет и обещал самому себе, так что просто не хочу.

— Пусть возьмут Ву при передаче денег за фальшивки. Где они это делают?

— Этого я не знаю. Но нам нужно выкупить клуб.

— У кого, если Ву не будет?

— Если мы не выкупим его у тех, кто останется после Ву, тот же Падди легко отберет часть китайца. За что не уплачено, то ничье. Поль, — Богуславский развел руками, — это честное предложение, треть клуба и половина тех денег, что останется после выкупа.

— Держать бордель мне тоже никогда не хотелось. Диана Донатовна справится с этим куда лучше.

— Значит, не уговорил, — вздохнул он. — Жаль. В любом случае рад тебя видеть и знать, что у тебя все хорошо.

— Я тоже рад встрече.

И ведь правда рад, совершенно искренне это сказал.

— Вот мой домашний телефон, — Богуславский протянул мне карточку. — Звони в любое время.