Я поднимаю на него растерянный взгляд и замираю:
- Я могу и сам вам показать видеозапись, Артем Алексеевич.
- Что, в конце концов, вы хотите мне показать? – жестко спрашивает Арбин, - свалили отсюда все!
Пульт от кондиционера с подачки Инги тут же оказался в руках Арбина. Он включает его и легкий ветерок – не по ощущениям – по звуку начинает наполнять комнату.
Я ловлю взгляд Артема и леденею. Тем не менее слышу его мягкий голос:
- Лиса моя, ты можешь идти? Нужно проветрить комнату, поесть и искупаться.
Он увидит записи и обязательно станет все трактовать по-своему, подумает, что у нас с Олегом что-то… Боже, даже думать о таком исходе не хотелось.
- Тебя продует, ты вся мокрая. Так что ты пойдешь со мной, - не замечаю, как Арбин приближается ко мне, и я вмиг оказываюсь в воздухе.
Как пушинку он поднял меня на руки, не замечая моего на то нежелания.
- Я отнесу тебя на кухню, и ты будешь есть, пока я отойду на несколько минут.
- Нет, - говорю я, даже покрепче цепляясь за мужчину.
Арбин с непониманием и удивлением на меня посмотрел, однако я для себя уже решила:
- Со свежим воздухом мне уже лучше.
Я пойду с тобой.
Зайдя в комнату, полностью уставленную камерами, мы увидели там же Ингу. Она все равно была здесь, пришла, ослушалась приказа Арбина. И лицо у нее было такое… зловещее. Я попросила мужчину отпустить меня, тут же встала на ноги и прошла к креслу. Я была здесь впервые и потому была сильно удивлена здешней уединенности и мрачности, света здесь почти не было. Видимо, сегодня на посту был тот самый мужчина, что и зашел в комнату с предложением показать видеосъемку.
Я медленно, но верно ждала, пока включат необходимые записи. Инга, я чувствовала, так и ликовала от своей победы со зловещим выражением лица, а охранник был спокоен и просто выполнял свою работу. Я сидела рядом в единственном свободном кресле, а Арбин стоял прямо за моей спиной. Я была готова оправдывать себя и стоять до последнего, а уж рукоприкладство Инги я планировала обернуть против нее самой же.
Там, где поражения не избежать, нужно все равно бороться.
Но мужчина почему-то тянул, съемка не включалась.
- Ты долго будешь тужиться или покажешь уже? – не вытерпел Артем.
- Да-да, показывайте давайте, - слышу едкий голос женщины.
И почему я раньше не обращала внимания на тот откровенный яд в ее голосе, в каждом ее слове?!
Замираю от плохого предчувствия: я вся превратилась в статую. Случайно ловлю взгляд мужчины, что сам предложил показать записи.
