Прямо перед лестницей, ведущий на второй этаж. Там, где спальня Арбина. Наша спальня…
Марат не делает попыток схватить меня. Зачем? Я ведь под контролем, я под охраной и у всех на виду. Здесь даже камер понаставили еще больше…
- Это Арбин! И мне жаль, если раньше ты о нем ничего не слышала, потому как это человек, не отступающий ни перед чем. Не будет тебе жизни, Влада. Я больше ничего не могу сказать.
- Марат! – слышу я голос Инги снизу, - зачем ты все это говоришь девочке?
- А что мне ей сказать под прицелом камер? Говорю, как есть.
Черт его знает, моего начальника. И все на этом, - грубо обрывает Марат и взглядом приказывает подниматься на второй этаж.
- Не нужно ей такие вещи говорить! – не унимается Инга.
Она направилась к нам."
"- А ты вообще не вмешивайся, женщина! – рыкнул Марат на нее, - чего, решили меня вдвоем к стенке подпереть?! Сейчас каждая получит! А ну пошла в комнату, я сказал! – рыкнул Марат, подгоняя меня наверх, - а ты иди готовь, женщина! Вам только дай волю, бабам… И да! Ты сегодня задержишься до позднего вечера по приказу Артема Алексеевича, - обратился он к опешившей женщине.
Опустив голову, я взбежала по ступенькам и нырнула в комнату, принесшую мне столько боли и отчаяния, что возвращаться сюда было сродни смерти!
Хлопнув дверью, я прислонилась к ней спиной и застыла. Кинула взгляд на прикроватный столик – часы показывали шесть вечера, а Арбин, скорее всего, только сейчас уехал на работу из-за моих поисков.
Но не это привлекло мое внимание.
А розы.
Длинные и пышные розы бордового цвета с такими же длинными стеблями и острыми шипами – они в хаотичном порядке были расположены на всей кровати, а их длина ведь могла поравняться с моим ростом. Я застыла, но от боли в голове меня мучил всего один вопрос: «Куда мне лечь?».
Затем я вспомнила об обещании Арбина скоро вернуться, а потому быстро приняла душ и переоделась в чистые вещи, которые откуда-то постоянно брались. Нужно признать: это чудовище обеспечило меня всем необходимым, однако лучше он от этого не становился.
Хотя едва ли ему нужно было мое признание… верно? Или к чему тогда были эти розы на постели?
После душа я миновала кровать и хотела выйти из своей спальни к Инге, но тут же напоролась на Марата. Он вопросительно перевел на меня взгляд.
- Я хочу поесть, - выдавила я, откидывая мокрые рыжие волосы с лица.
- Арбин приказал не выпускать. Ужинать будешь с ним, - я молча вернулась в свою комнату, не удостоив взглядом своего надзирателя.
