- Да, - сдержанно отвечает Арбин, не разделяя удивления домработницы, - найди подходящую вазу. Я помогу тебе собрать их.
Без слов женщина быстро выходит из спальни, а через несколько минут они с Арбином принесли огромную вазу. Ваза была под стать этим прекрасным длинным цветам. Арбин принялся собирать розы с кровати, а через какое-то время я услышала его начинающиеся чертыханья. Он укололся о шипы, что не укрылось и от взгляда Инги.
- Я перенесу их в вазу сама, - подхожу я к кровати, - а вам бы за неопытностью к цветам лучше вообще не приближаться, Артем, - не без колкости произношу я, намекая на его подход к романтике и людям в целом.
- Твой язык подобен этим шипам. Тебе так не кажется? - слышу я ответную реплику не без доли сарказма и встречаю непонимающий взгляд Инги."
"Я тоже не могу понять причину хорошего настроения Арбина, но что-то мне подсказывало, что не к добру это. Мое время расплаты еще придет, внутри было отчего-то тревожно…
Вскоре Инга принесла нам ужин в спальню и уехала домой, а я поняла, что чувствую себя действительно намного лучше.
Голова уже не болела, но есть хотелось нестерпимо…
После ужина Арбин отнес подносы, потушил свет и включил какой-то фильм, выжидающе посмотрев на меня. Что-либо говорить мне не требовалось, особенно после прищура его внимательных глаз - я сдвинулась с края кровати и легла под одеяло. Мы молчали, и вскоре я уснула под звуки новостей. О моей попытке побега никто из нас более не обмолвился ни словом.
Поведение Арбина вкупе с событиями следующего утра все еще не поддавались моей надежде и вере в лучшее: утром ко мне в руки попала записка, которая напрочь выбила дыхание из легких:
«Не делай опрометчивых поступков, ежик.
Я помогу. Жди меня тихо».
Арбин не знал, зачем дарить девушкам цветы, но он подарил их мне.
А я настолько покрылась коркой ненависти к этому человеку, что не разглядела зарождающиеся признаки человечества в нем – в Арбине. И теперь жду того, кто мне поможет.
Глава 14
Май, 2005 год.
Время летело скоротечно, а мои будни проходили не лучше одичавшего от одиночества дерева, что стоял далеко на территории дома Арбинского. В город уже по-хозяйски ворвался май, а через каких-то две недели должен состояться мой последний звонок, попасть на который у меня ни шансов, ни желания не было.
Моя жизнь кардинально поменялась из-за него – Арбина, и если раньше я с трепетом ждала окончания школы, то сейчас все эти праздники для меня были малозначимыми.
