Архитектор пряничного домика

А теперь другая мысль в голову пришла, возможно, Нину совесть замучила, ведь она соучастница убийства Елены и своего мужа. А зачем ты поехала в Фунтово?

– Лена очень изменилась, живя в монастыре, – продолжала Моника, – другим человеком стала, не раз думала: надо как-то найти Валечку, попросить у нее прощения, правду рассказать. Но как это сделать? Она же немая! И вдруг шоу! Лена обрыдалась у экрана, я вошла в самый пиковый момент, и Стеклова не выдержала. Найти Валентину оказалось очень просто. На сайте города инопланетян есть несколько номеров телефонов.

Около одного написано – для тех, кто хочет сотрудничать. Я воспользовалась им, мне ответил женский голос. Я представилась, объяснила, что хочу совместный рекламный проект сделать, приехала.

Моника поморщилась.

– После того как я рассказала историю Елены, Валентина заметно растерялась. Она прямо в лице изменилась, руки затряслись. А Наталья впала в агрессию, поехала на меня танком, заорала: «Еще чего! Мамаша объявилась?! Ха! Где она была, когда Валя в больнице лежала после того, как из тонущего корабля спаслась, лица лишилась? В монастыре свечки ставила? Вот пусть там и остается».

– Мой отец не мог так поступить, – сказала Стеклова, – не верю. Папа никого не мог убить.

Варякина же еще сильнее разозлилась:

– Как горе-мамаша узнала Валентину? У нее внешность после множества операций другая! Нос переделали, в щеках импланты, скулы собрать еле-еле смогли, подбородок из ее же ребра сделали. Кукушка девочку бросила, когда та в школу ходила.

Ребята растут, меняются. А эта… глянула на экран и мигом сообразила – там Валя? А ничего, что лицо у дочери другое?

Я попыталась к их разуму воззвать:

– В шоу показали фото молодой Лены, она держала на руках девочку. Больная себя узнала, а не Валентину.

– Да, – окончательно потеряла голову Наталья, – отлично придумали. Программа посвящалась победе Вали в конкурсе, а ведущий превратил передачу в желтую дрянь. Низкое, подлое поведение. А вашей больной надоело в психушке жить, она решила в хороший дом пристроиться, вот и набрехала, что является матерью Валентины.

И чем она свои слова доказать может? Искренними слезами?

– Анализом ДНК, – ответила я.

После этой фразы все воспитание растеряла уже Валентина, она мне заявила:

– Убирайся! Приперлась обманом, наврала про совместный проект. Одного поля ягода с Еленой. Никаких исследований я делать не стану. Детство, юность, когда мать девочке очень нужна, я ее не видела.