Архонт росский

Суд начался с опроса свидетелей, в роли которых выступили декарх Хольмстейн, гость столицы комит варваров Сергий Вартислав и имперский гражданин Лука Ореус. У противной стороны свидетелей не было. Представитель флота, присланный друнгарием, не вмешивался. Только записывал. Для последующего доклада, надо полагать.

Патрикий Николай факт убийства зятя признал. На него напали, он защитился. Факт самообороны не оспаривался. Равно как и заявление о том, что это Нифонт зарубил сестру патрикия и беднягу Лодура. Смерть последнего тоже «пригодилась»: объясняла тот факт, что не известный своими фехтовальными подвигами патрикий справился с одним из лучших фехтовальщиков столицы.

Объяснять, почему наварх ни с того ни с сего решил убить жену и шурина, не понадобилось. Достаточно было Пиперату упомянуть, что по завещанию унаследовать имущество супруги наварха должен был брат, а не муж, и судья уже сам сделал правильные выводы. Он вообще был весьма расположен к Перчику: и подмазан, и карьерные перспективы чуял.

Сергею, как иностранцу, пришлось бы куда сложнее.

В итоге судья зачитал соответствующие статьи закона и сделал правильный вывод: у светской власти к патрикию претензий нет. Жаль, конечно, что флот потерял командира, но что поделаешь. Заодно, также на базе действующего и недавно обновленного (судья особо это подчеркнул) законодательства, решился вопрос с наследством Юлии. После уплаты пошлин ее имущество переходило к брату.

Последним слово взял представитель церкви. И назначил Перчику епитимью. Попоститься, прочитать определенное количество молитв и, главное, добровольно пожертвовать на спасение душ убитых христиан не менее чем двадцать номисм. Серьезная сумма. Ну а как иначе? Убийство, причем не санкционированное церковью, великий грех.

Победу не отмечали. Какая победа? Выигравший процесс разом и сестру и зятя потерял. Что тут праздновать? Так, собраться небольшим кругом, выпить, покушать, поговорить о вечном в особняке, где совсем недавно проживала покойная патрикия.

"Не обошлось, впрочем, и без инцидента. Перед Пиператом внезапно возник молоденький красавчик-морячок и со слезами на глазах потребовал немедленной сатисфакции.

Юнцу было в категорической форме отказано. Другие флотские красавчика быстренько оттащили.

Сергей предположил: один из бывших любовников Юлии. Ошибся радикально. Не Юлии. Совесть Сергея успокоилась.