Архонт росский

— И бегом отсюда, пока я не передумал.

— Щедрый ты, хёвдинг, — проворчал Фьётра, которому коня не досталось. — Они ж наши сумы опустошить хотели.

— Не жадничай, дренг! — одернул его с седла Ярпи. — У тебя золото на поясе, а ты по меди заскучал. Нам и лошади эти без надобности. Это ж клячи, которые только пахать и годятся.

— А зачем тогда…

— А затем, что за неуважение наказать надо, — пояснил Ярпи.

— Так они, может, и впрямь нас в темноте не узнали.

— Не «может», точно не узнали. Да что с того? Если ты в дозоре стрелу словил, тоже возмущаться будешь, что темно и стрелка не видал?

— Ну…

— Все должны знать: кто к нам без уважения, тот наказан.

Так-то! — Ярпи хлопнул дренга по шлему и пустил коня вскачь, догоняя передовых.

Олега в шатре не оказалось. Отъехал по своим великокняжьим делам. Зато Егри нашелся легко. Ему Сергей и сгрузил новость: ромеи готовы разговаривать.

О помощи с продовольствием пока умолчал. Хотел передать Олегу лично. Потому что — важно. Окрестных жителей осаждающие обобрали на десятки километров вокруг, а те, кто подальше, делиться с захватчиками не собирались: давно уже вывезли ценное имущество.

А что не смогли вывезти — попрятали. Чай, не первый раз вороги под стенами столицы обосновываются. Опыт у ромейских земледельцев есть. А когда у осаждающих закончатся припасы, то станет и вовсе непонятно, кто здесь в осаде. Пока огненосный флот блокирует пролив, русам домой дороги нет. Перемещать корабли по суше, конечно, можно, но недалеко. И очень хлопотно.

— У нас все хорошо, — сообщил Сергею оставленный «на хозяйстве» Прастен.

— До зимы всего с лихвой хватит. И весной на посевную хватит. Земля здесь щедрая[1], холопов хватает.

Между прочим, правильная мысль. Дромоны могут сторожить и до осени, и тогда зимовать придется здесь. Значит, в следующем году можно и урожай озимых собрать.

У Стемида и остальных белозерских с припасами тоже все обстояло пристойно. Даже сена для трофейных лошадок накосили с запасом."

"Накрытый в честь возвращения названого сына стол был не только изобилен, но даже изыскан.

Во всем, включая напитки. Причем даже четверть кубометровой емкости пифосов, вкопанных в землю позади винодельни, еще не показали дна.

За главным столом, мраморным, что характерно, разместилась старшая гридь. Остальным накрыли неподалеку, попроще. Но тоже не бедно. Обслуга была местная, в большинстве женская. Причем не зашуганная, как отметил Сергей. Кое-кто даже по-словенски понимал. Впрочем, может, эти и были из словен.