Я немного полежала на застеленной кровати, стараясь следовать совету Дария и поспать. Но расслабиться не получалось. В голове путались мысли о встрече с Хорном, предстоящей вылазке, предложении Эдварда, дирижаблях. Сквозь тряпичные стены было прекрасно слышно, как переговариваются солдаты, обсуждая наше бедственное положение, как вдалеке отдает приказы полковник, как ржут лошади в стойлах. В итоге я встала и решила пройтись, подышать свежим воздухом и осмотреться.
Как только вышла из палатки, двое королевских гвардейцев встали за спиной.
Я недовольно скривилась, но промолчала. А обернувшись, заметила, как еще пятеро прохаживаются вокруг на небольшом удалении.
Я направилась к роще, виднеющейся в конце главной дороги. «Нужно было приехать на войну, чтобы позволить себе прогуляться», – весело подумала, вспоминая, что последний раз я гуляла вдоль моря, еще когда бегала в кузницу к Кассану. Во дворце был роскошный сад, но времени посетить его ни разу не нашлось. А школьные верховые прогулки я игнорировала, экономя время для других дел.
Как я не хотела, но все же пришлось стать объектом пристального внимания всех вокруг. Не потому, что я женщина. Слабый пол служил на фронте, я заметила нескольких кухарок и прачек. Одни чистили овощи на улице у обоза, другие снимали постиранное белье. Медсестры в белых халатах бегали от полевого госпиталя через дорогу к колодцу. Но арии, да еще и маги, были редкими гостями на передовой. Меня провожали испытующими взглядами, настороженными, недоверчивыми.
«Крей, та самая Крей. Неужели маг? Разве они остались?» Ничего нового, еще герр Лукаран говорил, что люди давно перестали верить в существование магов. «Скоро мы и вовсе превратимся в легенду», – мысленно усмехнулась я, подумав, что реально магических семей осталось уже четыре, так как единственный сын Горна погиб несколько лет назад.
Там вообще была мутная история. И как журналисты ни копали, ничего сверх официальной версии – убийство при ограблении, выведать не смогли.
Как арий, наследник магической семьи, богатейший аристократ оказался в трущобах? Зачем ввязался в драку, если мог просто отдать деньги, драгоценности и остаться жив? Я тогда еще жила у Марты и новости к нам доходили с большим опозданием. Единственного сына Горна лечили лучшие лекари Шалира, но ничего сделать не смогли. После смерти наследника Горн перестал появляться в столице, а после и вовсе превратился в затворника.
