На подобные вечеринки она если и ходила, то с подругами, а когда рядом Ника, трудно расслабиться и чувствовать себя секси.
Сейчас вдруг это оказалось невероятно легко сделать. Под взглядом Андрея она ощущала себя центром Вселенной. Его глаза вспыхивали на каждое ее провокационное движение то бедрами, то грудью. Как бы нелепо не звучало или даже фантастически, она чувствовала себя желанной. А что ещё может сделать женщину привлекательнее?
Несколько быстрых танцев и перерывчик, во время которого Таня почти залпом выпила коктейль.
Ох и жарко сегодня здесь. Они не одни зажигали. Другие парочки о-го-го какие выдавали вентили.
Андрею тоже, кажется, нравится, о чем и спросила.
— Ты сегодня необычная, мне ЭТО нравится. Раскованная и сексуальная. — Если б ее лицо и до того не было разгоряченным, то наверняка бы вспыхнуло ярким пламенем. — Занималась танцами?
— Мы с девчонками чем только не занимались, в том числе и этим. Не профессионально, но достаточно, чтобы чувствовать себя неплохо на подобных мероприятиях.
— Мне действительно нравится, как ты двигаешься. Я в восхищении, — и глаза его говорили — правда. В них появился какой-то хищный блеск.
Таня попыталась усмирить свое воображение, не на шутку разыгравшееся. Ну какой хищный блеск? У него? На нее? Тоже мне лань… хотя из Воронцова получился бы шикарный леопард. Мысли начинали путаться.
Зазвучала музыка по такту напоминающая румбу. Глаза этого хищника сузились, коварно так, будто задумал что-то. Да, пригласил. Таня выпала из реальности.
Одна из самых любимых песен. Мэрайа Кери «My all». Ах как легли слова на ее собственное мироощущение в эту ночь!
Я думаю лишь о тебе
В эту бессонную одинокую ночь.
Если любовь к тебе — всего лишь ошибка,
Тогда мое сердце вновь меня обманывает,
Потому что я утонула в тебе,
И уже не смогу спастись,
Если тебя не будет рядом.
Я все бы отдала
За ещё одну ночь с тобой.
Я рискнула бы жизнью,"
"Чтобы почувствовать тебя рядом.
Ведь я больше не могу жить
Лишь воспоминаниями о твоей песне.
Я отдала бы все за твою любовь этой ночью.
Таня подпевала и отдавалась танцу, как никогда. Что испытывал Андрей, ей не дано было знать, но то, что творили с ней его руки, то обнимающие, то отталкивающие, то ласкающие, как любимую женщину. Его губы, едва касавшиеся то ее шеи сзади, когда он перекинул густые волосы на одну сторону, то обнаженного плеча в конце композиции. Она вся горела от желания отдать все за одну ночь с ним. И знала: это взаимно.
