Армагеддон

И не забывайте, я член Высшего совета.

– Вы не член Высшего совета, – вновь перебил его офицер, – вы глава Комитета национального спасения, а главу Высшего совета вы арестовали и посадили в темницу.

Манру-ил замолчал. «Значит, они не знают, что лер Чарта-ил бежал, – подумал он, – это хорошо».

– Как это арестовал, – возмущенно воскликнул он, – это была превентивная мера, его выпустили давно, его нет в столице, он ушел. А я был и остаюсь членом Высшего совета.

– Вас в списках членов Совета, который утвердил глава Высшего совета лер Чарта-ил, нет.

– Вы меня в чем-то подозреваете? – напористо спросил лер Манру-ил. Он знал, что нападение лучше простой защиты, этот прием он изучил досконально.

– Вас подозревают в государственном перевороте, лер Манру-ил, – ответил офицер. – Вы присвоили себе право свергать Высший совет, подвергли угрозе казни принцессу льерину Тору-илу и под угрозой расправы захватили власть в столице.

Но лер Манру-ил знал толк в софизмах.

– Это все измышления, – решительно заявил он. – Я как патриот действовал согласно возникшей ситуации. Совет самораспустился, его не было в столице, там был лишь лер Чарта-ил. Я и мои соратники действовали сообразно сложившейся обстановке, мы прибыли защитить столицу и взяли ее под свой контроль. Враг узнал об этом и не стал ее штурмовать, так что можно с уверенностью сказать – мы спасли ее от захвата.

– Возможно, это так, – спокойно произнес офицер. – Но вы не ответили на мой вопрос: что привело вас в армию?

– Об этом я буду говорить не с вами, – гордо вскинув голову, ответил лер Манру-ил. – Это не в вашей компетенции, проводите меня к леру Чарта-илу.

– Непременно, но пока посидите в камере, лер Манру-ил.

– Вы сильно об этом пожалеете, – грозно произнес лер Манру-ил и, опалив офицера гневным взглядом, отвернулся с гордо вскинутой головой оскорбленного лера.

Стоя на крыльце трактира, я понимал, что выгляжу странно в своей летней одежде, и прохожие с любопытством поглядывали на меня. Большие хлопья снега кружились в воздухе, а я наслаждался ярким светом и отсутствием ветра. Все это напоминало мне предновогодние дни на Земле, только не хватало киосков с толстыми продавщицами и мандаринов, которые обычно появляются в это время года.

Это был мой мир, новый мир, который я принял всей душой и сердцем.