Уцелевший органический глаз засветился злорадной животной хитростью. Мечтам Джерольда не суждено было сбыться — этот бой с существом, поставившим Солемн на колени, и чьё племя разоряло суровый Армагеддон, не стал последним. Его разум вскипел от гнева. Всё складывалось не так как ожидалось. Он не позволит этому произойти.
Когда Храмовник приблизился к инопланетному тирану, орка и потерявшего сознание пленника окружила сфера потрескивающего изумрудного света. Дредноут не снижал темп, но вынужден был беспомощно наблюдать за возросшей интенсивностью яркого зелёного щита.
"
"А затем, когда приближавший сокрушительной поступью Джерольд почти дотянулся до вожака, раздался субзвуковой гул, и сфера света исчезла, погрузив разгромленную лабораторию в неожиданный полумрак, оставив только обжегшее сетчатку остаточное изображение на соединённых с сенсором зрительных нервах физического тела Джерольда.
Не осталось никаких признаков ни чемпиона Императора, ни Моркрулла Гримскара.
Аугметический голос брата Джерольда превратился в растущий рёв мучительного страдания и яростного разочарования.
Зная, что ему не победить, подлый зелёнокожий активировал какой-то телепортационный ксено-маяк и сбежал. Орк со шрамом в очередной раз остался в живых, но в этот раз он захватил в качестве трофея брата Ансгара, снова плюнув в Чёрных Храмовников. Теперь одному только Императору было ведомо, где они оказались и что за судьба ждёт поверженного чемпиона крестового похода.
Брат Джерольд открыл огонь из всего своего арсенала: штурмовой пушки, штормового болтера и ракетной установки, прибавив их голоса к своему гимну ярости.
За пределами зловещей подземной лаборатории болебосса в джунгли ворвался рассвет. Солнце поднималось в подёрнутые штормом небеса, и надоедливая ночная влажность стремительно испарялась.
Очередной взрыв заставил задрожать холодные серые стены комплекса магосов-генеторов, и над базой взошло второе солнце, голодным пламенем расширяясь в небесах.
Сержант разглядел посадочную площадку, окрашенную багрянцем в фиолетовом рассвете: прямоугольник дневного света среди дыма от выстрелов внутри базы.
За Бориско следовали остальные шкуродёры, каждый тащил по одной драгоценной канистре. Малыш держал свою так, словно она была крак-гранатой с датчиком движения, который мог сработать в любой момент. И кроме всего он знал, что так оно и было.
Лейтенант КГА не счёл нужным объяснить им, что именно они забрали из занятого и разрушенного орками комплекса.
