Аромат тьмы

И вот Фрей предстал передо мной голым и совершенным, и… полностью готовым к «супружескому долгу», вон как подрагивает «должник» от нетерпения приступить к выполнению своих обязанностей. И я, трепеща от опасений и желания, развязала поясок, с моих плеч медленно скользила шелковая голубая ткань. Алые глаза мужа полыхнули натуральным пламенем, пока он наблюдал за этим, видимо, завораживающим действием. Окинул каждый сантиметр моего тела жадным взглядом и все-таки спросил, ощущая мои смятение и смущение:

— Прямо сейчас? До конца?

— Уверена, что готова?

— Абсолютно! — сипло каркнула я.

В кои-то веки хотела соблазнительно мурлыкнуть, а вырвалось… Эх!

— Ты так испугалась очередного «жениха» там, в зале? Или наконец осознала, что любишь меня? — с мягкой, нежной насмешкой скорее над собой, чем надо мной, спросил Фрей.

Я робко улыбнулась, качнула головой и призналась:

— Я люблю тебя, ты прав. Дикей просто помог решиться признать это окончательно.

— Ты чувствуешь, как я люблю тебя? Как нуждаюсь в тебе? — голос Фрея тоже не очень отличался от моего от волнения.

— Да! — кивнула я, а мысленно добавила то, что ощущала с его стороны. Как воздух. Как кровь!

— Тогда ты точно готова, — кивнул мой муж.

Он шагнул ко мне, подхватил под ягодицы и помог обвить ногами его талию, понес меня в спальню. Вот не зря я нам такое большое ложе организовала, не только спать удобно, а уж заниматься любовью с мужем…

Лежать среди ярких подушек и, закатывая глаза от удовольствия, наслаждаться его губами, ласкавшими каждую клеточку моего тела.

Упиваться нашим поцелуем, никуда не торопясь, смакуя друг друга, как самый вкусный десерт. Смотреть глаза в глаза, когда Фрей наконец-то толкнулся в мое лоно, лишая невинности, разделяя легкий укус боли на двоих. А потом, умирая и возрождаясь от обоюдного удовольствия, сливаться в единое целое. И слышать, как забывшись в страсти, мой муж глухо шепчет слова признания:

— Моя! Жена! Моя любимая!

Странно и необычно: мой КВБ пустовал второй день подряд. А ведь обычно сюда регулярно кто-то приходил — покоя и чистоты в душе хочется всем.

Почему сегодня, когда я проголодалась, — никого? Они что — сговорились? Посидев еще немного, подождав, я поняла, что нечего ждать у моря погоды, а самой отправиться в море. Решительно встала, придерживая свой внушительный живот, и отправилась на поиски страждущих.

Настроение все равно было хорошим, только капельку раздражало, что все куда-то рассосались, оставив меня одну. Непривычно даже.