Аромат тьмы

И грубую, стальную невидимку для волос, хотя может это обычный зажим для бумаг или чего-то другого, но я закрепила ею капюшон на волосах, чтобы не съезжал назад и не открывал больше необходимого лицо. Мне им даже в таком состоянии светить нельзя.

На всякий случай помолилась, вдруг кто услышит добрый и заботливый, и, глубоко вздохнув для уверенности, двинулась искать дорогу. Примерно через час я совершенно неожиданно вышла именно на тот участок дороги, где произошло нападение неведомых клыков Рамдера.

И замерла, в испуганном изумлении разглядывая место кошмарных событий. Трупов не было, если не считать почерневшие от копоти кости с черепами, оставшиеся от адских гончих, из них вон до сих пор торчат остовы стрел. Огромный участок земли словно напалмом выжгли, и я даже знаю, что здесь им послужило — черная магия Лесиры. В нескольких местах я обнаружила пятна крови. Но отсутствие трупов обнадежило: все завершилось не так трагично, как могло бы.

Я продолжила идти именно по этой дороге; раз по ней преследовали Велину и Элиана, значит и мне будет проще до города добраться.

Но обосновываться именно там я точно не буду, еды какой-нибудь раздобуду и пойду дальше.

К полудню солнце стояло в зените и нещадно пекло, усиливая мою жажду, я заметила среди деревьев блестящую полоску ручья. И ринулась к нему. Напившись и осторожно умывшись, я наконец рассмотрела свое отражение. Даже вздрогнула от неожиданности, когда в небольшой лужице-заводи мелькнуло чужое лицо, которое еще и вытянулось от удивления.

Да, от ледяной недостижимой красоты немного осталось. Мое новое лицо было перекошенным и изуродованным, надеюсь, временно. Большая часть лба, все еще сильно набухшая бровь, отекшая скула, щека, по которой словно кошки когтями поскребли, и все это щедро залито фиолетово-синюшным цветом.

Порадовал цвет глаз: не черный, как у Лесиры, а мой, родной, синий. Но правый пока багровый из-за лопнувших сосудов. А в чернильно-черной гриве волос появилось несколько медных прядей, тоже очень-очень родных.

Прежде я не была классической рыжей, скорее шатенкой с красивым медным оттенком. Интересно, что еще изменится в моей новой внешности со временем? И как скоро? С учетом того, что за мной охотится толпа народа, было бы замечательно, если бы я изменилась быстрее. И все же, этот прорыв моей прежней сущности невероятным образом сроднил меня с чужим, а теперь, оказывается, точно моим телом.