Аромат тьмы

Снова попыталась возразить:

Вышло плохо — хрипло каркнула, потому что горло пересохло и свело, а хотела крикнуть на весь мир.

— Да вижу я, что ты не Лесира, — зло, сухо выплюнул Кровавый Фрей в напряженной тишине.

— Мой господин, вы ошибаетесь, я…

Фрей оборвал Дашейна взглядом, переведя его с меня на него:

— Я видел ее лишь однажды, но черные глаза бездны ни с чем не спутать. — В его голосе был сплошной стылый лед. Затем он снова посмотрел на меня: — А у этой глаза — синие, — и припечатал, как обвинил, — она темная!

— Конечно, темная, только из них выходят черные маги, — раздраженно-оторопело заметил Дашейн.

У меня в груди потеплело: крохотный росток надежды появился.

— Ты не понял, Дашейн, она темная, а не черная, — неожиданно поддержал меня Иор. — Мрака в ней жалкие ошметки, да и то чужие.

Я вспомнила, ведь Лесира обмолвилась, что Иор тоже темный маг, один из немногих на службе королю Лавера.

Но Дашейн взорвался яростью:

— Все это время она держала купол над замком. Даже лорду потребовалась неделя и поддержка, чтобы взломать ее защиту! Вот и выдохлась, растеряла свою черноту!

— Я не Лесира, не Лесира… — шептала я как заведенная, переводя отчаянный взгляд с одного мужчины на другого.

Фрей схватил мой подбородок, сжал и, глядя мне в глаза, заговорил:

— Я поверил в немыслимое, разорвал пространство, менял время, потратил вечность, сделал все, что мог и даже сверх того, продал честь и гордость недостойным и слабым, ради того, чтобы найти тебя. И что же я получил? — говорил негромко, но каждое его слово, переполненное яростью, злостью, ненавистью падало в пространство, словно камень в горах, и гулким эхом отдавалось в моей голове похоронным маршем.

— Меня? — ошеломленно уточнила я и опять напомнила. — Но я не Лесира!

Его пальцы разжались и соскользнули с моего лица, словно вся тяжесть мира скопилась в его руке.

— Лучше бы ты была Лесирой, — просипел он, сверля меня багровыми глазами, сводя с ума мешаниной эмоций, накрывающей меня удушливой волной.

Затем этот красноволосый демон потряс всех, рассмеявшись, сначала медленно, рваными смешками, а потом — почти захлебываясь в безудержном смехе безумца, потерявшего надежду, смысл жизни и мечту одновременно.

— Лорд?! — неуверенно обратился к нему Иор.

Ужасный смех тут же смолк, будто кто выключил.

— Я же сказал, не называть меня вашими лордами.