Артефакт с темным прошлым [Сборник]

Честно говоря, я даже не предполагал, что в, так сказать, царстве науки столько интриганов, фальсификаторов и даже откровенных мошенников. Но они, в чем я теперь убедился, есть. И тогда, рассуждая логически, следует предположить, что именно кто-то из «охранителей» заказал похищение найденного вами артефакта. Ну а убийство Юрия Семеновича стало сопутствующим событием, надо думать, случайного характера.

– Да, скорее всего, так это и было, – вздохнув, согласился профессор.

– Тогда перейдем к конкретике… – Гуров несколько свел брови к переносице.

 – Мне нужны фамилии ваших наиболее одиозных оппонентов. Начнем работать с ними.

Этот вопрос Рябинина заметно озадачил. Он вопросительно взглянул сначала на Стаса, потом на Льва и осторожно поинтересовался:

– Лев Иванович, вы собираетесь их допросить? А не будет ли моя информация о них… м-м-м… чем-то похожим на злонамеренное стукачество? Ну как это было принято в известные нам с вами времена?"

"На это Гуров ответил понимающей улыбкой.

– Роман Михайлович, по-вашему, я похож на Берию? – шутливо поинтересовался он.

 – Ну, разумеется, мы не планируем кого-либо вызывать на допрос в наш главк, оказывать давление и выбивать признание. Это было бы не только глупо и аморально, но и контрпродуктивно. Да, если бы я хотел провалить это расследование, то именно так и поступил бы – в духе той самой поры. Но мы со Станиславом Васильевичем всегда сначала думаем, а потом уже что-то предпринимаем.

– Не волнуйтесь, Роман Михайлович, мы свое дело знаем «на ять», – ободряюще подмигнул Крячко.

– Ну, хорошо… – прерывисто вздохнул профессор. – Мой главный, я бы даже сказал, пожизненный, оппонент – академик Игорянцев Эдуард Константинович. Знаете, есть такое выражение: «мой личный злой гений»? Вот его я и мог бы назвать своим пожизненным «злым гением». Он уже не раз становился у меня на пути. Еще в ту пору, когда я делал свою докторскую диссертацию, он мне усердно ставил палки в колеса. Он делал все возможное и невозможное, чтобы я не получил звание профессора.

Когда ему это не удалось, говорят, он был очень разочарован и даже крайне раздражен.

– А в чем же вы видите причины такой ярой неприязни с его стороны? – осторожно подбирая слова, осведомился Стас.

На лице профессора промелькнуло что-то лирически-ностальгическое.

– Знаете, мне кажется, изначальная причина тут самая простая и даже банальная – зависть и ревность… – Рябинин немного помолчал и продолжил: – Расскажу вам такую историю.