Артефакт с темным прошлым [Сборник]

Более тридцати лет назад в тогдашнем Свердловске состоялась международная конференция палеонтологов. На ней председательствовал в ту пору еще не академик, а кандидат наук Игорянцев. Почему именно он – не знаю. Вот… И случилось так, что из Италии приехала молодой ученый Ольга Капурелли, кстати, она из Трубецких. Наши с ней места оказались рядом, Ольга мне очень понравилась. Но, как я мог заметить, приглянулась она и Игорянцеву. И он сделал все возможное, чтобы добиться ее взаимности. Однако его ждало полное фиаско – она выбрала меня… С тех пор я у него в самом черном из всех черных списков.

Это далекое от науки событие, я так понимаю, и стало своего рода запалом к бомбе нашей с ним взаимной неприязни. И если я всего лишь не приемлю его научных взглядов, то он, как я понимаю, питает ко мне как человеку ненависть на зоологическом уровне.

– А сейчас эта Ольга где? Что с ней стало? – почему-то озадачился Крячко.

– Ну как – где? Мы с ней поженились, – чуть пожав плечами, пояснил Рябинин. – У нас дети – сын и две дочки.

Она сейчас дома, с детьми, в Екатеринбурге, преподает в университете…

– Вечный сюжет: женщина как яблоко раздора… – философично прокомментировал Гуров. – Роман Михайлович, я вполне согласен с версией, что Игорянцев именно из-за этой житейской ситуации, разрешившейся не в его пользу, стал питать к вам крайнюю неприязнь. Кстати, он женат?

Подумав, его собеседник отрицательно качнул головой:

– Насколько мне известно, нет. И, по-моему, женат никогда не был. Вполне возможно, Ольга могла стать его последним шансом создать семью, но… Его постигла неудача, и поэтому он решил объявить мне пожизненную вендетту…

Лев на это как-то неопределенно повел головой.

– Все это верно, но, мне кажется, причина его «вендетты» может крыться в чем-то еще, – в его взгляде сквозило некоторое сомнение. – Его статус пожизненного холостяка намекает на то, что его попытки добиться расположения гостьи из Италии стоят в одном ряду с его противодействием получению вами звания профессора. Вполне возможно, если бы вы ему уступили и расстались с Ольгой, очень скоро он бы о ней забыл.

Скажите, а по каким вопросам у вас с ним были наибольшие противоречия? Из-за каких ваших взглядов, вашей позиции по тем или иным вопросам возникали самые острые конфликты?

Выслушав Льва, профессор пожал плечами:

– Да тут, куда ни ткни, какого вопроса ни коснись, у нас с ним сплошные противоречия. По поводу той же «норманнской теории» у нас с ним самое жесткое противостояние.