— Но ты же… — растерялся Батист. — Ты же с ним встречался?
Пока у купца не случился сердечный приступ, я подтвердил:
— Да, мы встречались с мастером. И, как сам понимаешь, подробности этой встречи лучше не обсуждать.
Неужели он всерьез думал, что я стану хвалиться тем, что покалечил такого серьезного человека? Тем более я его и пальцем не тронул.
Жаныч разочарованно вздохнул. Задумчиво съел уже пятый по счету пирожок и неохотно признался:
— Разорвать я хочу наши деловые отношения с ним. На меня внимание обратили, — Батист указал наверх.
— А с такими связями на тот уровень не выйти.
— Ну так объясни это Потапу… Васильевичу. Мне он показался разумным человеком.
Купец поперхнулся и закашлялся, раскрасневшись. Постучал себя по груди, залпом выпил чай и удивленно произнес:
— Разумным человеком? Ну, Александр… Нет, спорить не стану, ума у него не отнять. Вот только боюсь, что отношения разрывать он не собирается. Для него слишком выгодно. А если и уговорю, то такие отступные заломит, век не расплачусь.
Может, ты с ним поговоришь? — осенило его.
Теперь я чуть не поперхнулся. Выкупать людей у преступного сообщества мне ещё не приходилось. Хотя идея иметь в должниках Батиста мне показалась заманчивой, я помотал головой:
— Извини, Фёдор, но и мне, в свою очередь, тоже не хочется менять отношения с Потапом Васильевичем.
Жаныч не девица в беде, в конце концов. Здоровенный парень, сам справится.
— Ну хоть скажи, чем ты его прижал? — не сдавался купец.
— Фёдор Жанович, — я добавил холода в голос.
— Мне не нравится тема нашей беседы. Я никого не прижимал и не запугивал."
"И ведь правда. Новгородский сам себя поставил в невыгодное положение. Сам полез, сам получил. Я лишь не стал создавать из этого проблемы.
Батист совсем приуныл. Опустил голову и уставился на изящную чашку с золотым узором. Дед велел убрать всю старую посуду и теперь мы использовали только праздничные сервизы.
Мне купца стало немного жаль. Достаточно, чтобы помочь единственно верным способом, то есть дать хороший совет:
— Ты вместо того, чтобы запугивать, подумай о том, что Потапу Васильевичу нужно, кроме денег.
Порой услуга дороже любых денег оказывается. Как и внимание.
— И что я могу ему предложить-то?
— Выясни. У всех есть слабости и мечты. Может, он редкие ракушки коллекционирует. А ты ему сможешь достать такую.
— Ракушки? — с надеждой переспросил Жаныч.
— Это к примеру, — я нахмурился. — Фёдор, я имею в виду, что к каждому найти подход можно, если постараться.
