Тот смог в полёте превратить крик в мольбу:
— Помогиииите!
Теперь он точно готов говорить.
Мне вообще эта идея с побегами не нравилась. Наверняка, о тёмном маге знал что-либо лишь этот злобный отпрыск. А зная, уж точно не побежал бы к нему. Скорее вообще из города скрылся. С учётом его экипировки, от слежки он вполне мог уйти.
Да и простое задержание не факт, что смогло бы заставить его говорить. Зато один короткий полёт мог. Василиска бастард испугался точно больше, чем мага смерти.
Ну а остальные приведут к убежищу, где хранится награбленное.
Тоже польза, купцы получат назад свой товар.
Василиск кивнул Баталову и, мощно взмахнув крыльями, отправился обратно.
Я парил над домами, где загорались огни. Кто же знал, что у парня такой голосовой талант… Надо бы добавить моим птичкам возможность затыкать рты стихией воздуха.
Зверь приземлился у здания, и я прервал нашу связь. Открыл глаза и увидел духа, который сверлил меня недобрым взглядом.
— Мне почему не доверил?
— А вы бы и не смогли, — я устало потёр глаза.
— И на будущее: если объявится ещё один незаконнорождённый, не пытайтесь справиться с ним сами. Василиск знает, куда его отнести.
Я искренне надеялся, что барон не шибко гулял в молодости. Иначе Баталов уже не будет так рад падению подозреваемых с небес.
Выйдя из хранилища, я попросил призрака его закрыть. И направился на улицу, встречать жандармов. Всё-таки сеть грабители смогли повредить, так что ближайший участок получил сигнал. Как и барон Кусов.
Я ожидал их, сидя на ступеньках.
Рядом валялся здоровяк, ушедший за записями камер.
— Бросили они его, — объяснил дух и принялся оправдываться: — Я всего-то немного припугнул. Всё с ним в порядке. Максимум — заикаться будет.
Призрак замолчал и испарился. По дорожке парка спешили люди. Возглавлял шествие пристав Заужский. Удивляться у меня уже не было сил, но я всё же спросил, когда он подошёл:
— Вы же перевелись обратно на Петербургский остров, Лаврентий Павлович.
— Верно. Меня вызвали, так как я вёл дело гильдии, — жандарм осмотрелся и остановил взгляд на бесчувственном грабителе.
— И оно до сих пор не закрыто.
— Отчего же? — не понял я.
— Возникли проблемы с установлением законности показаний некоторых… неживых свидетелей, — он поморщился.
— Тогда я вас порадую, — моя улыбка заставила пристава напрячься. — Дело вы сегодня же закроете. И какое дело, Лаврентий Павлович…
Вот уж повезло ему. Серия громких преступлений и будет раскрыта Заужским. Ну, точнее закрыта.
