Пора было старику сделать нормальное зрение. Заодно здоровье патриарха проверить, тоже не помешает.
После чего занялся кофе, а слуга начал усиленно тыкать в кнопки.
— Да итить тебя, — пробормотал он, не справившись попасть с первого раза.
— Слушаю вас, господин, — раздался мелодичный женский голос.
Старик вдруг покраснел до мочек ушей и смущённо объяснил:
— Сама она так постоянно зовёт и по-другому отказывается. Замаялся ужо говорить, что не господин я… Вот дурная баба.
— Не понимаю вас, — отреагировал телефон.
— Господин чем-то недоволен?
У меня скулы свело от сдерживания смеха. Понятно, что за такую цену начинку поставили для самых избалованных аристократов. А Прохор никак не мог привыкнуть к подобному.
— Итить, — опять ругнулся слуга и громко заговорил в устройство: — Провизию надобно заказать, баба. Про-ви-зи-ю.
— Желаете повторить последний заказ?
— Да на кой мне? Давай, не дури, записывай. Рыб заморских, которые синие такие, с перьями…
Я оставил их наедине, забрал с собой чашку и вышел на улицу.
По пути прихватил с собой из холла утренние газеты. Видимо, дед тоже допоздна трудился в лаборатории и ещё спал, поэтому до прессы не добрался.
Устроился за столиком у пруда и раскрыл «Петербургский вестник». На главной странице писали о предстоящем императорском бале. Никаких новостей о летающих чудовищах. То же самое было и в прочих изданиях.
Замять настолько поразительное событие могла только одна организация. Зачем только? Я бы на их месте, наоборот, добавил красочных деталей.
Благотворно повлияло бы на снижение роста преступности.
Но и это я из головы выбросил. К славе я никогда не стремился, сама меня находила. Репутацию в узких кругах я уже начал зарабатывать. Массовое оглашение моих возможностей скорее помешает. Так что мне скрытие информации даже на руку.
Прохор весь ушёл в подготовку праздника, так что завтрак был простой, но неизменно вкусный. Вполне обычный мясной пирог, разве что теста в нём было мало, зато мяса много.
Лука Иванович был рассеянным и невыспавшимся.
Дед подтвердил, что засиделся в лаборатории. Судя по его хмурому выражению лица и неразговорчивости, что-то у патриарха не получалось. Свою помощь я навязывать не стал. По себе знал, как хочется самому решить сложную задачу. Обратится позже, если пожелает.
После трапезы патриарх немного взбодрился и сообщил, что ему нужно мне что-то показать.
Я подумал, что дед всё же решился приобщить меня к своей работе, но Лука Иванович направился во второе крыло.
