Один единственный длинный стол и несколько разномастных стульев, словно принесенных из разных помещений. Стены, украшенные молдингами и лепниной, пустовали — остались лишь темные пятна от некогда висевших картин.
Зато вид из окна открывался шикарный — на реку и Елагин остров. Отсюда даже был виден белоснежный фасад дворца, летней императорской резиденции.
Мужчина как раз любовался видом и повернулся, когда Казаринов кашлянул, привлекая его внимание. Разноцветные глаза моментально затянули в свой гипнотический омут.
Баталов просканировал меня ментальной магией небрежно, скорее по многолетней привычке, чем осознанно.
Силен. Не зря смог навести такой порядок, что заядлые преступники боятся связываться.
Но я был преступником начинающим, так что мне было нечего опасаться.
— Доброго дня, ваше сиятельство. Благодарю, что приняли моё приглашение и смогли встретиться со мной так быстро. Присаживайтесь, — улыбнулся он и указал на стул, стоящий ближе к столу.
— А вам доброго дня, Роман Степанович, — я сел и невольно поежился, из распахнутого окна тянуло прохладным речным воздухом.
— Закрыть? — вежливо спросил Баталов, указав на окно.
— Нет, спасибо, я в порядке.
Мужчина с сомнением взглянул на мой свитер, но настаивать не стал. Сел за стол и наклонился вперед, опершись на столешницу. Постучал пальцами по столу и, собравшись с мыслями, произнес:
— Дело в том, Александр Лукич, что мы столкнулись с некоторой… с затруднением. От одного из подопечных, скажем так, к нам попал необычный предмет. Я подозреваю, что это неактивированный артефакт.
На подобие того, что у был у барона Пархомова.
— И вы хотите, чтобы я его проверил?
— Именно так.
— Боюсь вас разочаровать, но спящие артефакты не отличить от обычной вещи, — объяснил я, качая головой. — Только в момент активации. Ну, возможно за миг до этого момента, по косвенным признакам.
— Совсем никак не определить? Может, в лаборатории? — не терял надежды Баталов.
Вот уж что я не стану тащить к себе домой, так это потенциальный темный артефакт.
Скорее всего внешняя защита выдержит, но лабораторию снова придется ремонтировать.
— Такие артефакты настраиваются на определенное действие, Роман Степанович. Так, чтобы оно не получилось случайно. В случае с бароном я заметил необычный жест и отреагировал на него. Но это зависит от предмета, его действия, да даже охвата этого действия… Слишком много неизвестных составляющих.
— Ясно, — помрачнел мужчина. — Но посмотреть же вы можете? Вдруг всё же заметите что-то.
