Написал и Христофор Георгиевич, намекая на мой визит в участок и спрашивая не нужна ли помощь. Павлова скинула мне дополненный список растений, уточняя влезут ли и они. Лавочник Малинин уведомил о новом поступлении иноземных лакомств и предлагал стать одним из первых, кому он их будет поставлять. Из лавки Гостиного двора сообщили, что телефон будет готов завтра и его доставят в течение дня. Глава купеческой гильдии прислал пять грустных писем с примерно одинаковым содержанием — у него дурное предчувствие и всё пропало.
Даже Новгородский успел написать, что есть план и надо его «обкашлять», что бы это ни значило.
На то, чтобы всем ответить и со всеми договориться, ушел битый час.
Мне точно нужен секретарь и как можно скорее. Где бы взять толкового только?
К тому же Луке Ивановичу не терпелось приступить к реализации его идеи и дед увлеченно рассказывал о том, как запустить процесс, упростить схему и потратить меньше ресурсов. Перебить его не представлялось возможным. Слишком старик рад был.
На фоне всего этого укрощение призрака казалось сущим развлечением. Плотно пообедав, я отправился в библиотеку.
Демонстративно медленно заперся изнутри и присел на край стола, с усмешкой глядя туда, где исчез дух предка. С собой я взял кувалду из кладовой. Поглаживая инструмент, я приблизился к резной панели.
Приложил ухо и послушал какое-то время.
— Может вы всё же выйдете по-хорошему? — дал я шанс призраку.
И напряг память молодого графа. Тому с младых лет вбивали в голову многочисленную родословную.
К счастью, за годы юношеских безумств это не стерлось.
— Митрофан Аникеевич, — припомнил я имя родоначальника, — мне будет очень жаль разрушать такую искусную работу, но я это сделаю. И выясню, что вы прячете за этой стеной.
Я ощутил очень слабый отклик, скорее несдержанные эмоции, чем желание пообщаться.
— Я вам не враг, — сделал я последнюю попытку. — Я всего лишь хочу поговорить.
Эмоции стихли, успешно подавленные несговорчивым предком.
Я пожал плечами и широко замахнулся кувалдой.
Стремительным движением эфира воздух передо мной сгустился, закрутился вихрем и ударил прямо в лоб. Меня отбросило на спину и протащило по ковру.
Но кувалду я из рук не выпустил, по вбитой сражениями привычке. Откинул уже, когда атака прекратилась. С таким оружием против духа не пойдешь.
Призрак снова хотел удрать в своё убежище, но было поздно. Он проявился и я ухватился за него, кидая связующие нити.
