Артефактор. Книга 9. Ключи мира

Беловолосых было очень много, навскидку не меньше пары сотен. И это не считая детворы, носившейся вокруг. Детям, которые по условиям тоже должны были принимать участие в принятии решения, на торжественный момент было плевать. Им разрешили вместо сна выйти на улицу, так что они воспользовались ситуацией, чтобы ещё поиграть.

Обсуждение уже шло и вступило в ту фазу, где одна половина стояла с раскрытыми от удивления ртами, а другая роптала.

Перед пнём, уперев руки в бока, стоял явно тот самый старший охотник.

Охотник был настроен по-прежнему воинственно.

Я уловил слабое эхо его эмоций среди множества других. Магия разума в такой толпе работала плохо. Но однозначно мужчина упрямо не верил ни одному слову старейшины.

Оглядевшись, «духов» я не увидел. Ну и где они, когда нужнее всего?

— Сдаётся мне, что ты пытаешься защитить чужаков, — с прищуром выдал охотник.

— Смеешь сомневаться, что я говорил с духами? — возмутился Вуант и даже за сердце схватился от такого обвинения. — Не буду отрицать, я против того, что ты задумал. Но разве же возможно врать о том, что велели духи?

Такой аргумент вынудил оппонента слегка отступить и задуматься. Он обернулся в поисках поддержки, увидел меня и нахмурился:

— А он что тут делает? Он чужак!

— Духи говорили с ним, — как-то с опаской ответил старейшина.

Ахнули уже все, стройным хором.

Люди невольно расступились, будто я был прокажённым. Но зато освободился путь к пню, чем я воспользовался, чтобы приблизиться к Вуанту.

— Да, я говорил с духами, — громко сказал я, поворачиваясь к людям.

Дистанция между нами увеличилась на пару метров. От такой новости как бы вообще не разбежались. Но беспутцы опомнились, при этом градус дружелюбия снизился до предела.

Возможно, не стоило им говорить про общение с духами…

Но, судя по выражению лица старейшины, поддержка ему была необходима. Для предводителя уж слишком мягкий характер. Можно понять, либо ты всех своих людей уважаешь и защищаешь, либо ты не лидер. А при таких обстоятельствах нужно уметь быть гибким. Ну или очень жёстким.

— Что творится-то… — послышался чей-то испуганный шёпот.

— Конец, это конец… — также тихо ответили из толпы.