Артефактор. Книга 9. Ключи мира

Откуда только такой тесак достал?

Я аккуратно отобрал у Тимофея оружие, всех успокоил и помог с завтраком. Где, кстати, конфискованный тесак весьма пригодился. Съестных запасов местные принесли достаточно, чтобы накормить в два раза больше едоков. Даже с учётом здорового аппетита служивых.

Все эти хлопоты скрасили время до начала собрания.

Когда к нам заглянул беловолосый посланник, я успел забыть о главном событии этого дня. За столом звучали смех, байки и скабрёзные шутки. Но, как только открылась дверь, все замолчали.

Теневик оставался за главного, пока я отсутствую.

Я посмотрел на каждого из присутствующих. Хорошие ребята. И все хотят домой, пусть и храбрятся. Мне было важно запомнить эти лица — запомнить, зачем я здесь.

Все были немного напряжены. Лишь Головин улыбался. Я сказал другу, что отправил сообщение его невесте о том, что с ним всё в порядке. И он скоро вернётся. А больше капитану ничего и не нужно было.

— Пора, все собрались, — прошелестел местный и скрылся.

Что же, посмотрим, что они решат.

Поле в дневном свете выглядело совсем иначе, чем ночью. Засеянное после сбора урожая какой-то зелёной травкой, оно умиротворённо шуршало на лёгком ветерке. Ну просто изумрудное море, плавно волнующееся и блестящее на солнце.

Пасторальная картина, хоть бери холст и пиши с натуры.

Да и беспутцы казались не такими равнодушными, как вчера. Кто-то обсуждал насущные дела, кто-то улыбался погожему деньку, кто-то вообще дремал, развалившись в траве.

К тому же притащили брёвна, чтобы можно было сидеть. А одна семья так и вовсе разложила скатерть, на которой стоял кувшин. Надеюсь, с молоком.

В общем, атмосфера была совершенно другой.

Мы ещё минут десять ждали опаздывающих, затем старейшина коротко спросил, что же решили в итоге. Охотник снова стоял около пня-пьедестала, но теперь молчал.

— Ну а что тут решать-то? — звонко прозвучало из толпы. — Как духи велели, так и будет. Лишь бы коров не увели.

Над лугом разнёсся смех. Но часть одобрительно-поддерживающе поворчали. Беспутцев больше волновали имущественные потери, чем какие-то миры.

— Не дело это, — раздался скрипучий голос.

Люди расступились, пропуская совсем уж дряхлого старика. Дедок опирался на кривой посох и двигался очень медленно, кряхтя на каждом шагу. Смиренное молчание и ожидание дали мне понять: его здесь уважают.

Старик кое-как добрался до пня, развернулся и покачал головой.