Временами оттуда поднимались странные испарения, принося с собой металлический привкус.
Я поёжилась, хотя ночь была тёплой.
Внезапно из глубины леса донёсся низкий рык, от которого, казалось, задрожали стёкла в окнах. А затем ещё и ещё!
Всю меня сковал первобытный страх. Я до боли в глазах вгляделась в ночь. У границы с лесом заметила движение: несколько крупных субъектов перемещались между деревьями, пригибая ветки.
Моя рука сама легла на чёрные карбоновые плечи лука.
Существа, повиснув на ветвях растений первой линии, на секунду замерли, а затем, качнувшись, ловко спрыгнули на землю.
– Кто это? – ахнула Катя, в ужасе широко распахнув глаза.
Глава 10
– Гориллы, – вместо меня ответил Лёшка, подходя ближе к краю крыши. – Офигеть, какие крупные… Куда больше тех, что я видел в зоопарке.
Тем временем существа подошли к самой границе пятачка, где стоял наш дом. Костры осветили их тела, заставив моё сердце сжаться в ужасе: массивные туши около трёх метров ростом, под триста килограммов весом, с широкой грудной клеткой и длинными мощными руками представляли собой настоящую машину для убийства.
На лицах с выступающей челюстью и широким носом, с небольшими глазами, я видела искру разума; кожа тёмная, покрытая густой чёрной шерстью.
Самый крупный, вышедший чуть дальше других, втянул носом воздух, фыркнул, и… оскалил мощные клыки.
Я забыла, как дышать – зрелище не для слабонервных!
Но отчего-то дальше двигаться не стал.
Так и стояли они, рассматривая нашу пятиэтажку, и мы тоже застыли изваяниями.
– Не вздумайте стрелять, – предупредил нас всех голос, раздавшийся позади. – Подождём, пусть покажут свои намерения, – это был Вишневский, делавший обход. – Старайтесь не делать резких движений, чтобы не провоцировать.
– В лесу же нет никого из наших? – покосилась я на Степана Анатольевича.
– Нет. Но не думаю, что этим зверюгам помешают эти стены. Разломают окна, проникнут в квартиры и, как лисы в курятнике, передавят нас всех.
Вишневский высказал ровно те мысли, что роились у меня в голове. И у всех остальных.
Вдруг вожак горилл открыл пасть и выдал:
– Р-рау-ураф!
Его рык разнёсся далеко окрест, послышался плач детей, испуганные вскрики женщин. Но, слава богу, никто не выскочил из подъездов.
Монстр вскинул мощную лапу, выпустил антрацитовые длинные когти и со всего маху хлопнул ею по земле, взрезая почву, оставляя страшные глубокие рваные царапины.
