Отряд из Бит-Агуши под моим командованием был назначен сопроводить в Ниневию Набушумишкуна, старшего сына Мардукаплаиддина, бывшего шакканакку Вавилона, убитого мной на реке Керхе. Его на всякий случай возил в своем обозе новый правитель Элама. Только непонятно, на какой именно. Набушумишкун — дебил в прямом смысле слова. Умственное развитие где-то на уровне трехлетнего ребенка, хотя ему уже за сорок. Речь рваная, несвязная. Хорошо знает два слова: «хочу» и «дай». При этом великолепно рисует, подмечая мельчайшие детали, на которые я не обращал внимания.
Как только выпадает возможность, твердым камешком на стене из глинобитного кирпича или палочкой прямо на земле за несколько минут изображает какое-нибудь животное или даже целую стаю, причем некоторых в движении. Больше всего любит кошек, которые в Вавилоне в особой чести. Еще обожает заниматься сексом. Говорят, отец держал для него целый гарем. У нас с этим напряг, поэтому время от времени дебил ходил и гудел, как озабоченный бык.
На счастье Набушумишкуна, он не понимал, куда и зачем его везли в тряской колеснице, не догадывался, что впереди ждет тесная деревянная клетка, выставленная у главных городских ворот Ниневии, недавно освободившаяся после смерти очередного вавилонского шакканакку.
После доставки важного пленника мы двинулись домой по суше. Темп держали высокий. Где была возможность, перемещались весь световой день, дважды заночевав в открытом поле.
Мы не купеческий караван, хотя и обременены трофеями, в основном доспехами и оружием, собранными после сражения, поэтому нападения разбойников не боимся. Со мной обращаются, как с пострадавшим, предполагая, что тяжело переживаю немилость шарра Ассирии. Переубеждать их даже не пытался, иначе пришьют крамолу. Для них Синаххериб — живой бог, а боги не какают, поэтому с годами в них накапливается много говна, к которому надо относиться с пониманием и терпением.
"
"Дома нас ждало пополнение: невестка родила сына. Я в очередной раз стал дедом. По меркам будущего — очень молодым, по нынешним — не очень старым. Ашму смотрела на внука с печалью. Она теперь бабушка, значит, старая. Наш возраст определяют наши дети, внуки и, кому повезет, правнуки.
На следующий день меня пригласил шакну Базум. Видимо, ему донесли об охлаждении ко мне шарра Ассирии. Моя судьба его уж точно не интересовала.
