Так что, вас зашивать?
— Зашивай, — задумчиво произнёс инквизитор.
Я кивнула и направилась в маленькую прихожую, где оставила сумки больного. Выудив фляжку, открутила крыжку и понюхала. Крепкий алкоголь, самое то, чтобы продезинфицировать нитки и иглу.
Найдя необходимое, я налила в маленькую чашку немного алкоголя и закинула в неё иглу и нитки. Пусть лежат. Также щедро облила руки, чтобы минимизировать количество микробов. Мало ли что, сильное заражение я не вылечу.
— Всё вылила? — спросил инквизитор, открыв глаза тут же, стоило мне присесть на край кровати.
— Нет, ещё осталось, — ответила, обрабатывая рану настоем трав.
— Дай сюда.
— Не дам, — невозмутимо качнула головой. — Вашему организму сейчас и без алкоголя сложно, не стоит усугублять.
— Думаешь, болевой шок лучше? — фыркнул мужчина. — Дай мою фляжку.
— Не дам. Лучше выпейте вот это, — я протянула кружку с отваром, который прекрасно обезболивает. Края раны смазала смесью трав, которые на время лишают кожу чувствительности. — Пейте и лежите спокойно.
— Спокойно лежать и смотреть, как лекарь-недоучка пытается меня зашить?
— Если этот лекарь — недоучка не сделает то, что должна, то хамоватый инквизитор не проживёт и недели, — резко ответила, гневно посмотрев в глаза мужчине. — Я уже жалею, что спасла вас.
— Знаешь, кто я? Откуда?
— Перстень, — я кивнула на руку, на которой сверкал красный камень. — Видела уже такой, в детстве. Да и что уж там, все знают отличительные черты инквизиторов.
— И всё равно спасла? Что ты хочешь взамен? — тон инквизитора изменился.
Он уже не был таким нахальным, скорее, заинтересованным.
— Хочу, чтобы вы замолчали и полежали спокойно, пока я вас лечу. А потом, как поправитесь, ушли из моего дома. Этого достаточно, чтобы оплатить мои труды, — невозмутимо произнесла и воткнула иглу в кожу.
Страшно до ужаса. Я и шить-то особо не умею, а тут целого человека зашивать, живого. Который шипит и ругается, когда я в очередной раз прокалываю кожу.
К счастью, я понимала, что рану, как рубашку не зашьёшь одним швом.
Маленький шов, обрезать нитку, завязать узелок. Ещё один шов, ещё раз обрезать нитку…
Пальцы дрожали от напряжения, спина гудела из-за неудобной позы. Я то и дело смахивала пот со лба, потому что было невероятно душно.
Пациент постанывал и шипел ругательства, но не дёргался, позволяя мне закончить работу. Сделав последний шов, я обрезала нитку. Смазав шов заживляющей мазью, обмотала бинтами и облегчённо выжохнула.
