Астральное тело холостяка

Представляете, какая неразбериха творилась? Советское, в смысле поселок, и деревня Советская давно с Бойском слились, улицы Ленина переименовали. Угадайте, что получилось?

Я засмеялся.

– Обе стали Советскими?

Катя усмехнулась:

– Почти в точку. Теперь там микрорайон Советский и квартал Советское. Вроде в девяностом году, когда еще коммунисты сильны были, эти названия дали. И опять народ мается. Даже местные иногда путают, а уж посторонние так и вовсе мучаются. Советское, вон оно, рукой подать отсюда, дорога к нему по правому берегу Тараканки ведет.

А Советский на другом конце Бойска, микрорайон на левом берегу речки. Попьете у меня чаю на дорожку?

– С удовольствием, – согласился я. – Но сначала хочется побеседовать с Марфой Горкиной. Может, она про каких недругов отца Дионисия вспомнит? А с Елизаветой Брякиной пообщаться точно не выйдет?

– Не стоит рассчитывать, что Лиза хоть слово вымолвит, – вздохнула Екатерина. – Даже в дом не пустит. А Марфа… Тут все зависит от того, в каком она настроении окажется.

Иногда любезней ее нет на свете человека, но порой она на злую собаку похожа. Я понимаю, каково ей в жизни пришлось, а вот остальные ругаются с ней. Видите ярко-голубой домик? Марфа с Леной там живут. Но давайте сначала я вас покормлю, наверное, вы есть хотите. Марфа от вас не убежит. К тому же бабулька, чем ближе к ночи, тем благостнее делается. Филипп Петрович считает, что старшая Горкина больной прикидывается, чтоб дочка от нее не отходила. Ну, не знаю, может, действительно так. Крестный любит Елену как родную дочь, дяде Филу обидно, что она в клубе в кабинете сидит, на старой машинке печатает, а не в оперном театре выступает. У нее и правда талант к пению огромный, голос великолепный."

"Мирно беседуя, мы вошли в избу Екатерины. Хозяйка ввела меня в большую комнату, и я ахнул.

– Вот это библиотека!

– Надо было дом священника освободить для нового батюшки, – вздохнула Катя, – и я папины книги к себе забрала. Отец сделал большое общедоступное книгохранилище, а после его смерти библиотекарь ко мне подошла и попросила личное собрание батюшки тоже туда передать.

Но мне, честно говоря, жалко. Папа всю жизнь собирал книги, в Москву в магазины ездил, из всех паломнических поездок тома тащил. Читал много, пометки делал. И еще тут есть книги, которые ранее принадлежали отцу Владимиру. Матушка Ирина их папе подарила. Хотите, посмотрите библиотеку, пока я поесть соберу?

Я обрадовался.

– С огромным удовольствием.