"
"Веревка Дурич одним из последних услышал, что Красные Шапки начали грабежи человских заведений, и едва собрался последовать примеру сородичей, как великий фюрер Кувалда издал жесткое распоряжение, запрещающее налеты. Подобная несправедливость оскорбила Дурича, и он все-таки решил провернуть небольшое дело, а этот слабак Щепка, чтобы ему навы приснились, осмелился подать голос!
— Но Кувалда приказал больше не грабить челов!
— Скажем, что не знали, гы, — осклабился Веревка, — а он нам поверит. Не хочешь с нами, так и скажи.
Остальные бойцы десятки смотрели на трусливого Щепку без понимания.
— Нет, я как все, — пошел на попятный слабонервный боец.
— Вот то-то же.
— Что там происходит?
Несколько молчаливых грузчиков деловито переносили из придорожного магазинчика в фургон ящики со спиртным. Очень странное зрелище для середины дня.
Гвардейцы переглянулись:
— Думаешь о том же, что и я? — поинтересовался Грэм.
Окла утвердительно кивнул и вытащил из кармана «Различитель» — очки темного стекла, позволяющие смотреть сквозь наведенный морок.
Смутные подозрения чудов полностью подтвердились: грузчики оказались Красными Шапками, грабившими, судя по всему, очередной человский магазин.
— Придурки недоразвитые, — выругался Грэм. — Хорошо еще, что догадались морок навести.
— Что будем делать?
— Они в нашем секторе, — пожал плечами де Map. — А насколько я знаю, нам проблемы с челами не нужны.
— Понятно.
Чуды вышли из машины и решительно зашагали к месту грабежа.
Все шло настолько замечательно, что Веревке даже казалось, будто он спит и видит приятный сон.
Действительно, челы — толстая продавщица и пожилой подсобный рабочий, — боясь пошевелиться, лежали за прилавком. Вызвать полицию они не успели и теперь испуганно подвывали, когда уйбуй удовольствия ради тыкал в них стволом помпового ружья. На дверях магазина болталась табличка «Обед», а трусливый Щепка, обливаясь потом, таскал в фургон ящики с выпивкой. Веревка довольно улыбнулся и нежно погладил карман, в котором покоились купюры из кассы.
— Уйбуй!
Голос Щепки выдернул Веревку из благодушного состояния. Трусливый боец с поднятыми вверх руками стоял в дверях подсобного помещения.
— Ты чего, сдурел? — не понял уйбуй.
— Не сдурел, — вздохнул Щепка и уныло мотнул головой себе за спину.
— Ну-ка прекратили безобразие!
Из подсобки вынырнули двое плечистых рыжеволосых мужчин.
— Рыцари!
— Положи свою пушку, урод!
— Как бы не так! — И Веревка нажал на спусковой крючок.
