Великие дома без особого восторга встретили появление оборотней, но, разумеется, никто не собирался устраивать геноцид. Их приписали к Зеленому Дому и оставили все как есть.
— А их производство? Неужели от фаты Мары не осталось никаких записей, которые позволили бы разгадать тайну?
— Остались записи, осталось очень много записей, — хихикнул старик, — остались ее ученики, помощники, остался даже самый главный артефакт — Купель Обращения, который Мара использовала в процессе создания оборотней. — Хозяин магазина понизил голос и склонился к девушке: — Это был один из редких случаев, когда Великие Дома работали вместе.
Но это тайна…
— Я понимаю, — девушка тоже придвинулась к Генбеку.
Старик снова оглянулся и почти зашептал:
— После того как Великие Дома поняли, что не смогут поодиночке разобраться, каким образом фата Мара создавала морян, они объединили усилия, собрали лучших магов и несколько лет пытались повторить ее опыты, но так ничего и не добились. После этого они засекретили все сведения и поделили наследство: все оригинальные записи фаты Мары остались в Зеленом Доме, все новые разработки и результаты исследований передали на хранение в Орден, а Купель Обращения объявили запрещенным артефактом и спрятали в Цитадели.
— А эта купель — древний артефакт?
— В том-то и дело, что нет. Ее создала фата Мара, а Великие Дома так и не смогли понять, как работает эта ванна. Ясно одно: купель — ключевой элемент в создании оборотней.
На Старом Арбате всегда хватало чудных прохожих."
"Яркая жизнь круглосуточно бурлила на одной из самых старых московских улиц, привлекая всех лишенных гена однообразия: байкеры и панки, хиппи и рэпперы, киношники, алисоманы, просто студенческие тусовки.
Иногда непримиримые противоречия между ними выплескивались в драки, но никогда — на самой улице. Арбат старался быть миролюбивым, одинаково дружелюбным ко всем своим пестрым гостям.
Они вынырнули из маленького переулка, видимо, понимая, что, если пойдут прямо по улице, полиция повяжет их уже через десять шагов.
Слишком угрожающе выглядели их черные бомберы, грязно-пятнистые штаны, армейские башмаки и лысые головы. Слишком агрессивно горели вытаращенные глаза. Скины уже слышали о разгроме, который устроили их сородичам в «Трех Педалях», и были полны решимости отомстить. Если на предыдущие акции они шли с изрядной долей иронии и куража, то сейчас в них преобладала тупая злоба. Жертвы пытаются сопротивляться, а значит, никакой пощады! Никаких лишних криков.
