Если бы в семью Красных Шапок не входил клан Гниличей, то именно «Средство от Перхоти» можно было бы смело назвать самым зловонным местом Южного Форта. Но из левого крыла штаб-квартиры Красных Шапок, где располагались казармы Гниличей, воняло еще хуже.
Еще одной достопримечательностью «Средства от Перхоти» была песня, гремевшая в баре и днем, и ночью.
Я мог бы выпить море,Я мог бы стать другим…Убойный хит «Смысловых Галлюцинаций» как нельзя лучше подходил для заведения и вот уже полгода исполнялся в нем примерно каждые двенадцать минут.
Хором.
Вечно молодым,Вечно пьяным…"
"Ходили слухи, что Красные Шапки требовали назначить хит гимном семьи, но вождь нации пока сохранял верность старой песенке, написанной еще в Западных Лесах. Ее примитивный маршевый ритм, с одной стороны, был любезен слуху не страдающих музыкальностью дикарей, наполняя их сердца ощущением величия и гордости, а с другой стороны, позволял легко трансформировать текст, исходя из веления времени.
Слова гимна Красные Шапки перекраивали раз в несколько лет, и последняя редакция начиналась словами:
Семья благородная наша большая,Нам фюрер великий всем путь озарил…— Времена сейчас пустые, как желудок Спящего, — уныло констатировал уйбуй Удавка, горестно разглядывая полупустую бутылку виски. — Ни войны, ни грабежей, ни денег. Чувствую, заведет Кувалда нашу великую семью в глухую нищету, и будем вместе с осами лазить по Лабиринту в поисках пропитания.
— Куда нас заведет великий фюрер? — живо заинтересовался скучавший за соседним столиком уйбуй Весло.
Удавка скривил тонкие губы. Весло был одним из Шибзичей, родного клана великого фюрера Красных Шапок Кувалды, и внимательно отслеживал недовольных. Малорослые дикари проявляли устойчивую склонность к междоусобицам, поэтому верные великому фюреру воины предпочитали вешать потенциальных смутьянов до того, как те начнут разлагать семью изнутри.
— Великий фюрер умен и прозорлив, — опомнился Удавка Дурич. — Он знает, что делает, и ведет нашу могущественную семью к процветанию.
В подтверждение этих слов Удавка залпом вылил в себя стакан виски и верноподданно рыгнул.
— Вот то-то же, — пробормотал Весло, без радости пережевывая кусок консервированной ветчины.
Несмотря на верность одноглазому, уйбуй Весло испытывал по отношению к нему сложные чувства. Как, впрочем, и вся семья.
