Автор её беременности

— Больная, что тут делаем? — возмущается незнакомая медсестра, увидев меня в коридоре — быстро ложитесь!

На самом деле идти в вонючую отвратительную палату с тремя незнакомыми пожилыми женщинами мне абсолютно не хочется, а уж чтобы они подслушивали разговоры, тем более. И вообще, я позвонила своему гинекологу, возвращаясь из кабинета УЗИ.

Быстро набираю Мишу.

— Да Сашенька, я сейчас немного занят, но говори. Что случилось?

— Миш, я в больнице…

— В какой?! — тут же его голос становится напуганным.

— В роддоме, у меня началось кровотечение.

— Ну конечно! Я сейчас же выезжаю! Не бойся и не волнуйся. Там наверно отказ придется писать…

— Миш, я напишу, ты главное приедь побыстрее, а то поздно будет!

Отключаемся одновременно. Окликаю ту ворчливую медсестру, сую ей мелкую купюру с просьбой позвать Лену. Почему-то мне кажется, что она войдет в мое положение и поможет выписаться побыстрее. Лена и впрямь появляется через минуту. Обрисовываю ей ситуацию и умоляюще лезу в кошелек за материальной благодарностью.

— Ох, горемычная, перестань! Так тебе всё сделаю. Давай в кровать! Хочешь сохранить, друга своего лежа дожидайся, я сама сейчас побегаю, да выпишу тебя!

— Лена, я тебя потом тогда отблагодарю! — от души обещаю ей, понимая, что мир не без добрых людей.

— Да лишь бы деток сохранить удалось! — на ходу кричит медсестра, убегая по моим делам.

Пенсионерки смотрят на меня с интересом, еще бы! Такое шоу им устроила.

Лежу на старой продавленной кровати. Пытаюсь унять дыхание и уговорить себя, что всё возможное для спасения ребят я уже предприняла, и дальше всё зависит уже не от меня.

Пенсионерки чинно обсуждают сериал. Из-за близкого соседства с туалетом в комнате воняет хлоркой, откуда-то из столовой пахнет борщом и варенной капустой. Кровать скрипит, даже если не шевелиться на ней.

По коридору раздаются решительные размашистые шаги. Миша! Да не может быть, если только он не находился совсем рядом с больницей.

Вслед за шагами в дверном проеме показывается… Руслан. Смятение на его лице сменяется озабоченностью.

— Здрасте, — сквозь зубы приветствует он пенсионерок и подается ко мне.

Только его мне сейчас не хватало. Небось за брошенные документы орать пришел и добивать на счет аборта.

— Игорь папки лично принес. Да не важно! Я разговаривал с местной врачихой.

Не разрешу тебя здесь чистить.