Поясница не ныла, неправильно сросшиеся после перелома кости не беспокоили, но больше всего радовало великолепное зрение. Я могла рассмотреть не только прохожих, прогуливающихся по брусчатке улицы, но даже ворон на высоком шпиле серого здания, возвышающегося над двухэтажными домами незнакомого городка.
— Ты что-то хочешь взять с собой на память? — спросила Элиза. — Нам разрешили забрать только то, что можно унести в руках, так что подумай, прежде чем решишь.
— Зачем? — глядя на группу людей, стремительно приближающихся к нашему дому, поинтересовалась я.
Возглавлял их мужчина лет двадцати пяти — двадцати семи. В чёрном сюртуке, облегающих брюках и блестящих сапогах, он мне сразу не понравился. Высокий и широкоплечий, смотрел на окружающих так же высокомерно и презрительно, как ленивый сынок нашего начальника. За тем числилась должность руководителя, но на работу молодой человек приходил раз в месяц. И то лишь для того, чтобы покрасоваться.
— Всё равно ничего не помню, — добавила я и указала на напыщенного юнца: — А это не тот перс, о котором вы говорили? Он собрался выгнать беззащитных женщин на улицу?
Элиза подскочила с кровати и стремительно приблизилась ко мне.
Глядя на мужчину, от которого шарахались обыватели, процедила с ненавистью:
— Инспектор Дэвон Мор! Надо же, лично пожаловал!
Она сжала кулаки, на миг закрыв глаза, а когда вновь посмотрела на меня, то изобразила вежливую улыбку.
— Прости, моя дорогая, мне нужно поприветствовать… гостя.
Неужто собралась кланяться этому самодовольному павлину⁈ Я придержала Элизу за локоть и, сжав ключ, хищно ухмыльнулась:
— Дайте-ка сначала я его поприветствую!
Что же ждёт нашего инспектора? Как думаете, переживёт он эту встречу?
Глава 5
Дом оказался огромным! Я стремительно шла по коридору на звуки мужских голосов и безошибочно вышла к широкой лестнице, ведущей на первый этаж.
Опираясь на кованые перила, осторожно спустилась вниз.
В длинном платье ходить было неудобно, я боялась споткнуться, а помирать, скатившись по лестнице, не собиралась.
Хватит того, что из меня вышибло дух в туалете моего мира. Не самая почётная смерть, да и невесту жаль.
«Баба Нюра в деле», — сказала я, желая помочь, но сделала только хуже.
А теперь баба Нюра была в новом теле, и спасать приходилось уже себя и свою новую семью. Сжимая ключ, я обвела взглядом разгром, который учинили мужчины в форме, копошащиеся на первом этаже.
Да они всё перевернули вверх тормашками! Стеллажи разобраны, книги порваны, мебель распотрошена.
