Но когда он к ней наклонился, от поцелуя не увернулась.
— Решил тебя встретить, — пожал он плечами. — А то пока ты на автобусе до дома доберёшься.
Прежде чем сесть в машину, Марина обернулась на коллег.
— Ты на работе сегодня так и не был?
— Сам на себя удивляюсь, — невесело хмыкнул Дмитрий, поворачивая ключ в замке зажигания.
— Дима. — Марина руку протянула, чтобы по его волосам провести.
У него вырвалось нелепое бормотание, на Марину быстрый взгляд кинул, а после начал рассказывать.
— Я его убью, — проговорила Марина едва слышно, опешившая от таких новостей.
— Точно, убью.
— Да подожди ты. Начнёшь кричать, совсем всё испортишь.
— Кричать? — изумилась она в полный голос. — Я не буду на него кричать, Дима! Я его просто… просто…
— Ну, что ты сделаешь? Выпорешь его? Поздновато, как мне кажется.
— Но додуматься до такого!.. В карты в школе играть! На деньги, Дима!
— Спокойнее, Мариш.
— Я не могу спокойнее!
Он руку на её колено положил, погладил. И решил порадовать:
— Кстати, он про нас знает.
У Марины разом все слова закончились. Рот открыла и на Диму в ужасе посмотрела.
— Откуда?
— Я же тебе говорил, он не маленький. И многое замечает.
Она лицо рукой закрыла.
— И что мне с ним делать?
— Поговори с ним, как со взрослым, не хватайся за ремень.
— Да я никогда не хваталась!
— Может, зря, — хмыкнул он. — Но сейчас об этом всё равно поздно.
Кричать Марина на сына не стала, обошлось. О чём-то долго с ним разговаривала за закрытой дверью комнаты Антона, видимо, внушала ему, как он не прав, но ни слова Дмитрием услышано не было.
Хотя, он всё это время просидел в Элькиной комнате, делал вид, что помогает ей рисунок рисовать, но на самом деле подслушать пытался. И уже терпение терять начал, на часы поглядывал, и почему-то сочувствовал в данный момент Антону, представляя, как тому сейчас нелегко перед матерью оправдываться. Обещания, наверное, давал, клятвы разные. Но это Гранович так думал. Когда экзекуция, наконец, закончилась, и дверь открылась, первым из комнаты выскочил Антон, а, увидев Диму, возмущённо воскликнул:
— Не пойду я в ваш бассейн!
Марина расстроено на Дмитрия взглянула, но тот лишь усмехнулся.
— Пойдёшь, — заверил он мальчика.
На корабле всё-таки наметился бунт. Антон ходил на всех обиженный, отмалчивался, и только твердил, что ни в какой бассейн он не пойдёт. Никогда не ходил ни в какие секции и кружки, и теперь не собирается.
