Бабочка в гипсе

Одна беда: программа превращения куколки в бабочку занимала более десяти лет, а каждый год в центре стоил заоблачных денег.

Филипп не собирался лишать сына его шанса, он нашел высокооплачиваемый приработок и объявил жене: «Если все пойдет по плану, я буду получать деньги, о каких и мечтать не смел. Хватит на подъем Ильи, но нам необходимо развестись». – «С ума сошел?» – закричала всегда покорная Нина. «Успокойся, на самом деле разбегаться мы не станем, – утешил Фил супругу, – но придется пожить врозь». – «Зачем? Я не хочу», – уперлась Ниночка.

Медведев заколебался, но потом сказал: «Работа опасная, меня могут поймать и посадить. Лучше, если ты с детьми не будешь иметь отношения к преступнику». Ниночка ужаснулась: «Тюрьма? Никогда! Нет на это моего согласия!» Филипп резко вздернул подбородок: «А я его и не спрашиваю. Уже получил аванс, обратной дороги нет, если дам задний ход – меня убьют!» – «Мама», – прошептала Нина. Муж неправильно ее понял: «Прасковье Никитичне ничего знать не следует, в курсе только ты».

«Если откажешься, тебя лишат жизни, а начнешь работать, попадаешь в тюрьму, – простонала Нина. – Что же выбрать?» – «Деньги, – пожал плечами Медведев. – И, может быть, я не попадусь. Впрочем, даже если сяду, тебе хватит на детей, двоих прокормишь, а Илюшу вылечишь». – «Обо мне ты подумал? – заплакала Нина. – Как без тебя жить?» – «Главное – сыновья, – четко определил свои приоритеты Филипп, – и давай рассчитывать на лучшее».

Нина, как всегда, покорилась мужу, они поставили в паспортах штампы о разводе, Медведев перебрался в Прямой переулок, супруга тайком его навещала.

Может, Прасковья Никитична и догадывалась, что дело не так просто, как ей рассказали, но внешне свекровь удивления не демонстрировала. А Филипп, продолжая работать обычным охранником, стал передавать жене очень большие суммы, которые велел тщательно прятать вне дома.

«Наберу капитал, достаточный для излечения Илюши, и мы снова соединимся, – успокаивал он жену, – потерпи».

– Чем он зарабатывает? – задала напрашивающийся вопрос старшая сестра, когда младшая примолкла.

– Не знаю, – призналась Нина. – Фил не рассказывает.

– Вообще? – разозлилась Галя. – Ты дура! Смотришь ему в рот, боишься слово поперек сказать, ведешь себя, как прислуга, а не жена. Вот почему Медведев тебя в грош не ставит.

– Фил меня бережет, – возразила Нина, – не хочет волновать, а еще он говорит: «Если дело повернется темной стороной, ты с легкой совестью скажешь следователю: «Я не в курсе».