Бабочка в гипсе

И «дятел клавиатуры» настукивает материал. Если тщательно допросить журналиста, тот подтвердит мои соображения.

Тем временем Сеня продолжает действовать, он подсунул в письменный стол начальника одно из писем Подольской и решил чуть-чуть подождать, надеялся, что Гладков быстро выйдет на исполнителя. Чтобы быть в курсе событий, Арсений наставил мне «жучков», хотел знать, где носится активная Романова, настроенная во что бы то ни стало вычислить снайпера, не слишком ли она рьяно ищет настоящего преступника, и он не преминул рассказать мне о любви Райкина к стрельбе в тире.

Если бы я оказалась тупой, а Гладков откровенным идиотом, Арсений планировал вновь анонимно звякнуть на этот раз самому Павлу и открыто назвать имя Райкина. Если бы Сеня, глядя на мои поездки по городу, понял, что я не успокаиваюсь, он мог бы меня убить.

Арсений совершил много ошибок: не обратил внимания на слово «журавлик» в письме, не знал про игру в «дурака» и не имел понятия о сексуальных пристрастиях шефа.

Сеня отлично понимал, что после ареста Льва Георгиевича убийства должны прекратиться, но как найти Нину? Эта задача была основной головной болью убийцы до того момента, как его взяли. Сеня так и не выяснил, кто был настоящим стрелком. Прошло немного времени, и мы задержали Арсения, раскрыв убийство Маргариты Подольской, выяснили, что снайпер Филипп Медведев виновен и справедливо осужден к пожизненному заключению. Павел теперь не сомневался: после смерти Нины Силаевой второй игрок в «подкидного дурака» более рисковать не станет, зароется в песок и с течением времени найдет себе новое хобби. Но кто он такой, осталось неизвестным.

Следующие сутки я сидела в Брехалове и рисовала на листочках разные диаграммы. Но никаких плодотворных мыслей в голову не приходило.

Что я знаю о втором игроке? Богат, имеет связи, любит экстремальные приключения. Негусто. Пользуясь тем, что Прасковья Никитична впала в беспросветное безумие, я еще раз обшарила все вещи Силаевой и ничего не нашла.

В голове носились обрывки мыслей. Почему раненая Валентина в бреду бормотала слово «черви»? Если предположить, что прокурор знала правду об игре, тогда понятно, почему она закрыла глаза на кое-какие странности в деле. А если вспомнить о том, что у следователя была больная внучка, которой требовалось сделать операцию в Израиле, и что Василий Сергеевич набрал нужную сумму, то становится ясно, почему и он работал спустя рукава.