Бабочка в гипсе

Поскольку ее покупали на несколько лет, она была на пару размеров больше, чем надо. Предвижу вопрос современных родителей: эй, люди, вы специально хотели изуродовать кроху, сделать ее похожей на тюк?

Конечно, нет, но шубы всегда были в стойком дефиците, купить шубенку удавалось лишь по большому блату. Вот почему большинство моих сверстниц носили зимой нечто, весьма похожее на наряд боярыни, затем бегали в шубе по колено, а потом мамы надставляли полушубки, пришивая к подолу кусок овчины и делая обшлага из другого материала.

В результате получалась оригинальная вещь: середина из поношенной, потерявшей вид цигейки, нижняя часть скроена из телогрейки дедушки, а края рукавов – из драпового пальто бабушки. Данная конструкция непременно подпоясывалась ремнем, на шею повязывался длинный шарф, на руки натягивались варежки на тесьме, и – пожалуйте на улицу.

Даже передвигаться тихим шагом в таком обмундировании бедному ребенку было крайне затруднительно, обычно я тащилась рядом с мамой, ощущая себя полураздавленной бабочкой.

Да, чуть не забыла! Если столбик термометра опускался ниже отметки десять градусов, из маминой сумки появлялась железная коробочка из-под леденцов, наполненная перетопленным гусиным жиром. Этой противной субстанцией мне намазывали лицо, потом прикрывали его носовым платочком, который на манер чадры подпихивали под края шапки, и строго заявляли:

– Молчи. На улице мороз. Ни одного слова, пока не окажешься дома.

Современные дети, имеющие легкие комбинезоны и при этом капризничающие при виде невесомых теплых штанишек, должны выучить наизусть мой рассказ о цигейковой шубе и понять, как им повезло.

Поспорив о рейтузах и проиграв в словесной битве, я посадила братьев в машину. Игорь и Леня моментально обнаружили новый повод для выяснения отношений: справа окно у малолитражки больше, чем слева.

– Мне лучше видно! – объявил Игорь. – Стекло шире твоего.

– Врешь, – отреагировал Леня.

– Там медведь стоит, – соврал Игорек.

– Где? – завопил наивный Леня.

– Уже проехали, – захихикал Игорь, – не заметил?

– Нет, – честно признался брат.

– Говорил, мое окно здоровше, – обрадовался Игорь, – вау, дурак! Ну ща получишь.

Я посмотрела в зеркальце: все правильно, на заднем сиденье начались активные военные действия. Поскольку у меня есть опыт воспитания Лизаветы и Кирюши, я отлично усвоила одну истину – пока дети не убивают друг друга, вмешиваться не стоит.