Бабочка в гипсе

– Помоги, пожалуйста!

Востриков лихо расстегнул застежку, я выпрямилась, из груди вырвался стон.

– Круто! – оценил Роман ситуацию. – В следующий раз топай за жратвой в костюме химической защиты и прихвати калаш с парой гранат. В Москве, понимаешь, небезопасно! Из какого ты подразделения? Наркоты?

Я молча подписала чек и схватила покупки. Есть расхотелось совершенно.

Роман хрюкнул, оторвал от стола бронежилет и протянул его мне:

– Держи, Мата Харя. Поосторожней в автобусах, там в турникетах тоже магниты понаставлены, прилипнешь и провисишь до конца смены.

Стебно!

Больше всего мне хотелось с гордо поднятой головой удалиться прочь, но жилет, нашпигованный железом, находится на балансе в милиции. Если я его потеряю, то, вполне вероятно, стоимость вычтут у Гладкова из зарплаты.

Я взяла жилет из рук Романа и пошатнулась.

– Куда катится Россия!.. – пригорюнился любитель пенного напитка. – Принимают на службу дохляков. Один с игрушечной пукалкой из себя Терминатора корчит, другая ничего тяжелее губной помады не удержит.

Элитные профи.

– Да, мышцами я не могу похвастаться, но они мне не нужны, потому что я использую на работе не грубую физическую силу, а мозги!

– Орехи ими колешь? – заржал Роман.

– В отличие от тебя, Кинг-Конга, я знаю, что самую знаменитую шпионку начала двадцатого века звали не Мата Харя, а Мата Хари, – язвительно ответила я. – Орехи, кстати, весьма полезны, в них много жирных кислот, будешь регулярно употреблять миндаль или кешью, сохранишь ясность ума до глубокой старости.

Маленькая деталь: если этого ума нет, то орешки бессильны. А служу я в отделе по борьбе с серийными маньяками. Да, еще нюанс! Твои часы паленые, они стоят три ломаных копейки, правда, выглядят круто. Ты не олигарх, а врун и понтярщик.

Высказавшись, я, гордо подняв голову, вышла из супермаркета и села за руль.

Не успела я включить зажигание, как в стекло поскреблись. Я нажала на кнопку и сердито спросила:

– Не злись, – мирно ответил Роман, – на, пуговицы забыла, я собрал.

Он демонстрировал дружелюбие, да и мне не стоило больше злиться, и я улыбнулась:

– Спасибо, дома пришью.

– Бронежилет – неудобная штука, – решил закрепить хорошие отношения Востриков, – армейский, конечно, еще хуже, он ваще кучу кило весит, но и ментовский такую, как ты, к земле пригнет. Слушай, это правда?

– Что? – не поняла я.

Роман покосился на дверь:

– Можно я к тебе сяду?

– Ладно, – после небольшой паузы согласилась я.

Востриков влез в малолитражку.