Бабочка в гипсе

– Иди туда и спроси у Юльки, чего она продала, – посоветовала провизор. – Может, это полезная зелень!

Мне ее замечание показалось дельным.

В небольшом магазинчике, где хозяйничала бойкая Юлечка, тоже не было клиентов.

– За букетиком пришла? – с надеждой поинтересовалась цветочница.

Я подошла к прилавку:

– Баба Нила у тебя вчера приобрела кактус.

– Ага, – заулыбалась Юля.

– Называется ардобенгентумолисен гладкий, – без запинки оттарабанила Юля.

– Скажи, он дорогой? Мне нужен такой же.

– Могу заказать, – еще больше обрадовалась Юля, почуяв прибыль, – о цене не скажу.

Сама знаешь, в понедельник сто рублей, в среду тыща. Баба Нила за свой почти целую пенсию отвалила, у нее страсть к кактусам.

Мне стало неудобно. Непременно раздобуду старушке новое растение.

– Оформляй заказ. Он ядовитый? В смысле кактус? Если его съесть, что будет?

– Кактусы не кабачки, – фыркнула Юлечка, – их даже дураки не жрут, но этот лысик пищевой, он из Аргентины, их там жарят.

– Баба Нила вела речь о каких-то вредителях, вроде в цветочном магазине товары ядом обрабатывают!

– Не, – возразила Юля, – их на месте обливают, иначе их санитарный контроль в другие страны не впустит.

На, почитай, это сопроводиловка.

Не вставая со стула, продавщица пошарила под прилавком и вытащила небольшой листок. Я взяла аннотацию, напечатанную на машинке: «Спиродибус яйцевый поставляется в Москву из Туниса».

Я вернула бумажку Юле:

– Ты дала мне не тот документ, только что называла кактус ардо… бенге… повторить не могу! И упомянула, что он из Аргентины!

Девушка опустила голову, искоса глянула на меня и после кратковременной паузы произнесла:

– Мы с тобой соседи, в Брехалове живем, а я своим всегда правду говорю, неприлично близких обдуривать.

Прикати ты из Мамонтовки или Пироговки, я соврала бы. Но сейчас признаюсь, как маме: не могу я ихние названия запомнить, язык сломаешь, а покупатель любит, когда экзоты заковыристо обзываются, вот я и придумываю скороговорки. Кактусы беру у поставщика, тому на сто штук одну сопроводиловку дают, на английском. Ее переводят, отксеривают и по ларькам распихивают. Оптовик жлоб, экономит на всем, текст на русский переписывает его дочка, ей двенадцать лет, она в школе иностранный учит, латыни не знает, а кактусовое имя на ней дано.

– Ясно, растение, вероятно, не «спиродибус яйцевый», – усмехнулась я.

– Чего ты от ребенка хочешь? – пожала плечами Юлька. – На фотку посмотри, ведь похож, а как обзывается, неинтересно.