И большой пакет.
– А пакет зачем? – изобразил непонимание Боря.
– Если я правильно понял Сергея, – ухмыльнулся я, – то мыть чужую посуду у себя дома никак нельзя. Отравишь всю кухню жуткими мыслями. Лучше гостю собрать испачканное и утащить к себе домой. Весьма удобно для хозяев.
– Вава, – возмутилась Николетта, – что за чушь ты несешь?
Маг сделал глоток кофе.
– Вода смывает любую энергетику.
– Боже! Как интересно, – не замедлила отреагировать маменька, – Борис, звонок в дверь! Открой немедленно.
Батлер посмотрел на меня и вышел в холл.
Я удивился, сейчас поздний вечер. В такое время к нам может зайти только мой друг и сосед Олег Котин или его мать Ирэн Львовна. Но их сейчас нет в России. Олег улетел в США, у него там какие-то рабочие встречи, а Ирэн отправилась в Карловы Вары в санаторий.
– Никки, – закричал из прихожей знакомый до зубной боли голос, – мы пришли.
– Вава, – скомандовала маменька, – иди, займись гостями. Борис, приготовь гостиную для занятий эгрегором!
Я молча направился в холл, понимая, что вечер будет намного хуже, чем ожидалось.
Эгрегор – это концепция в оккультизме и эзотерике. Заниматься эгрегором нельзя. Термин означает нефизическую сущность, групповое биополе. В среде истинных ученых это понятие считается маргинальным, антинаучным. Маменька неверно понимает суть вопроса. Надо ей посоветовать почитать труды мистика Даниила Андреева. Хотя не стоит, все равно Николетта никогда не возьмет книгу в руки. Бедный Владимир! Он слезно умолял меня разлучить его супругу с колдуном.
Отчим ненавидит суаре, которые регулярно устраивает маменька, но ради сохранения спокойствия в семье стоически терпит еженедельные набеги гостей в свое поместье. Вечеринки в нынешнем году маменька устраивает исключительно по субботам, а сегодня четверг. Значит, она увеличила количество журфиксов, Володя этого не вынесет. Придется принимать удар на себя. Интересно, почему госпожа Адилье избрала дом сына для очередного шабаша?
– Вава, – взвизгнула Зюка, – наклонись, я тебя поцелую. Мальчик, ты растолстел! Следи за собой!
– Вава, – закричала Кока, – ты прекрасно выглядишь, похудел!
– Дзинь, дзинь, дзинь, – ожил домофон, и в прихожую влетела Люка, она затараторила, сбрасывая на пол шубу:
– Девочки, приветик.
А в Париже тепло! Каштаны цветут. Я с самолета сразу к вам! Где эрцгерцог?
Я потупился. Слово «эгрегор» дамам не знакомо. Эрцгерцог им понятней.
– Эрцгерцог? – хором повторили Зюка и Кока. – Какой?
– А вот и я! – возвестила Мака, вплывая в холл.
