Каждый раз, когда его мать заходит в дом, она несет в себе угрозу того, кого или что она могла привести домой.
Возможно, дети, пережившие то, что исследователи назвали ""ACE"", нуждаются в особом уходе. Некоторым из них бывает трудно избавиться от мучений, которые преследуют их в школе. Вопрос для таких детей может заключаться не в том, следует ли им оказывать психиатрическую помощь, а в том, какого рода.
Это далеко не большинство детей, и опасно смешивать тех, кто годами подвергался сексуальному насилию или был намеренно заморен голодом или сожжен родителями, которые должны были их любить, с теми, кто столкнулся с ""невзгодами"".
Взросление с отчимом, который избивает или насилует вас, - это совсем не то же самое, что давление, заставляющее вас устроиться на работу после школы, потому что ваши родители с трудом платят по счетам. Это совсем не то, что вставать рано, чтобы приготовить обед для младших братьев и сестер, потому что ваш отец, хороший человек, работающий на трех работах, еще не вернулся с ночной смены.
Это даже не то, что потерять любящего отца из-за рака. Если ваши родители бьют вас или сексуально растлевают, их присутствие в вашей жизни влечет за собой опасность, неопределенность и эмоциональные муки самого сурового и непредсказуемого рода. Это сильно и качественно отличается от боли при потере любящего отца, памятью и примером которого вы дорожите до сих пор.
Педагоги пополняют список ACEs произвольно, в зависимости от настроения (или удобного политического повода), и предполагают те же долгосрочные последствия для здоровья.
В ходе трехдневной конференции я услышал о ""поколенческой и исторической травме колонизации"", о травме ""детей иммигрантов или беженцев"", которым пришлось взять на себя взрослую ответственность за свои семьи; о травме загрязнения окружающей среды, изменения климата и, конечно же, об ""исторической травме"" рождения чернокожим в Америке.
""Пятьдесят процентов детей в обычном американском классе пережили два ACE.
И это не считая пандемии"", - обратился Робертсон к собравшимся учителям."
"Все - ""травма"", - сказала мне Кристин, учительница государственной школы в Орегоне. ""Травма от того, что приходится просыпаться каждый день, быть чернокожим и знать, что существует превосходство белой расы, - это ""травма"", - скептически говорит она. Она перечисляет несколько травм, за которыми должны охотиться педагоги.
