Багряная радуга

Вблизи же… ладно, залезть на него с чьей-то, лучше с божьей, помощью еще можно, но слезать-то как? Спрыгивать, уходя в кувырок? Делал на это точно не согласится.

Однако стоит жена спокойно, уверенная в себе и муже. Господи делать-то что? Хватать ее за ноги и тянуть вверх? Или найти какую подставку?

Караванщик, видимо, проблему осознал, вошел в положение. Подошел к верблюду, что-то сказал, и тот просто лег, подставляя уже уложенное на его спине сидение прекрасной наезднице.

Делал неожиданно уверенно подошла, села и взяла в руки поводья.

Легкий удар каблучками по бокам верблюда, и тот встал, всем своим видом показывая готовность к путешествию.

— А этот для вас, господин. — Ибрагим дело посадки решил на самотек не пускать. Точно также уложил верблюда, потом скомандовал подъем. Сердце екнуло, но в целом все оказалось удобно, пожалуй, не хуже, чем на коне.

Д,Оффуа оглянулся на своих спутников — что же, им транспорт, оказывается, не полагался. Во всяком случае, первую часть пути придется пройти пешком.

Правда — налегке.

В Тунис! Почему именно туда? Все просто. Вначале, как учили, в Триполи была выслана разведка в лице верного Джамиля. И тот, возвратившись, рассказал, что по всему городу рьяно разыскиваются мужчина и женщина. Вот эти вот — и передал искусно выполненные портреты д,Оффуа и Делал. Откуда взял? Одолжил у одного из стражников. Как? Ну вам-то, господин, какая разница. Важно главное — в этот город вам лучше не соваться.

Тогда куда? В Каир? Можно, конечно, но ведь и там, наверняка, ищут.

Не дай бог схватят прямо на воротах. Зато в Тунисе каждый закуток, каждая лазейка с детства знакомы. И пройдем, и спрячемся, пока помощь не придет.

Вот этот-то аргумент и был признан главным, а тут еще и караван попутный. Небольшой, но это-то и хорошо, быстрее до места доберется. Так что правильно. В Тунис! Полсотни верблюдов, груженных чайнским шелком, и десяток — с провизией и мелко наколотыми дровами, без которых в пути невозможно ни приготовить еду, ни вскипятить воду из глубоких и мутных колодцев.

Пустыня. Пески, бесконечные и однообразные, в которых не на чем остановиться глазу. Барханы, плавно переходящие один в другой. Желтый песок, бледно-голубое небо и слепящее, немилосердно жарящее солнце. Именно такой она запомнилась после путешествия в Тунис в позапрошлом году. Именно такой и ожидал ее увидеть д,Оффуа сейчас.

Но нет! Как только покинули оазис, перед глазами раскинулся густой зеленый ковер.