Балансируя на кончиках пальцев

Потом Руслан взял на руки малыша и понёс в дом.

— Иди сюда, мой крестник, я по тебе соскучился.

    Мальчик довольно улыбнулся. Потом вдруг стал жаловаться, как родители заставляют убирать за собой игрушки.

    Оля и Юра смеялись над жалобами ребенка, который картавил некоторые слова, смешно их выговаривая. Олесь удивлялся, что эта пара вполне себе счастлива. Оля была одета в широкие бежевые брюки, которые казались длинной юбкой, когда она стояла и такого цвета блузку. Всё было гармонично и стильно. Олесь было подумал, что она явится, чуть ли не в рубище, ведь она как бы рабыня Юри, но всё оказалось не так.

— Что, чем-то удивлён, Олесь? — спросил Лекс.

— А не будет это неприличным, если я не стану это с вами обсуждать?

— Не будет. Я не могу приказывать чужому сабу. А ты и вовсе таковым не являешься. Так что расслабься, — улыбнулся мужчина.

— А я могу поговорить с чужим сабом? Руслан Михайлович сказал, что можно.

— Так, и с кем из двух, ты собираешься разговаривать? — удивлённо спросил Юри.

— Разумеется, с Сашей, — потупился парень.

— Разумеется, можешь, — передразнил его Алексей.

    Всё зашли в дом и увидели малыша сидящего на ковре. Рядом расположился Руслан и распаковывал большую коробку с игрушкой. Это оказался гараж с открывающимися дверцами. В каждом боксе гаража стояли машины: пожарная, аварийная, полицейская и скорая помощь. Всё было выполнено из металла.

— Ты балуешь его, Руслан, — улыбнулся Юрий.

— Не так уж и часто, поэтому имею право, дорогие родители, — парировал Черкасов, Так, всем мыть руки и за стол.

    Через некоторое время всё сидели за столом. Оля покормила сына и отправила играть. Олесь, наконец, расслабился. Он увидел, что никто не смотрит на него оценивающим взглядом, более того, разговоры шли о чём угодно кроме темы. Ещё удивило то, что на стол не поставили спиртное, и никто ничего не сказал. Родители Легкова тоже не пили, но когда в доме были не частые гости, то на столе появлялась бутылка вина.

— Я учился в балетной школе с четвёртого класса, после неё предполагается соответственный вуз. Но травма ноги не дала мне туда поступить. Поэтому, Юрий Николаевич, я будущий учитель химии, — грустно сказал Олесь.

— Ух ты, я всегда восхищалась артистами балета.