Балансируя на кончиках пальцев

С сегодняшнего дня, раз уж ты согласился на секс со мной, ни у тебя, ни у меня, не будет других партнёров. Моё имя и отечество произносить долго. Обычно те, с кем я провожу сессии, называют меня Милорд. Ты сейчас будешь делать то же самое. Ещё одно правило, если почувствуешь колики, как будто кожу тысяча иголочек колет, немедленно сообщаешь мне. Но ты можешь в любой момент остановить всё это, если почувствуешь, сильный дискомфорт. Для этого существует стоп слово. Обычно это красный, но потом ты сможешь выбрать своё.

Слова «нет» и «не хочу» не подходят. Ты всё понимаёшь?

— Да, пусть будет красный, Милорд, — ответил Олесь.

— Тогда приступим. Руки назад сделай. И можешь закрыть глаза.

      Руслан поставил его руки в нужное положение, потом продел через них петли веревки и закрепил на плечах. Следом он начал обвязывать руки и тело причудливым узором, который Олесь не видел, потому, что закрыл глаза. Он только чувствовал, как верёвки впиваются в кожу. Было немного больно. Но эта боль была терпимой. К тому же, мужчина иногда спрашивал, как он себя чувствует.

Олесь поначалу чувствовал себя нормально. Физически так уж точно. Руслан не сильно затягивал узлы и дискомфорт, который ощущала кожа, можно было терпеть. Но вот душевный дискомфорт ощущался. Наконец, парень почувствовал, как мужчина сделал виток вокруг запястий и талии. Следом он начал связывать его ноги. Перед глазами у парня мелькнули картинки из «комнаты пыток». Он вдруг подумал, что Руслан мог его обмануть. Вот сейчас свяжет по рукам и ногам, а потом отнесёт в подвал. В таком беспомощном состоянии, он даже сопротивляться не сможет. Дыхание стало рваным, парень заволновался. Разыгравшееся воображение подкинуло картинку. Он связанный лежит на полу, а Черкасов избивает его кнутом. Олесь шумно хватанул ртом воздух и заорал.

— Не надо! Красный, красный!

— Тихо, тихо, успокойся, я уже развязываю.

      Руслан поспешил освободить парня от пут. Олесь шумно дышал, у него явно началась паника. Быстро развязав Олеся, Руслан притянул его к себе.

— Всё хорошо, мой малыш. Не бойся, я тебя уже развязал. Объясни мне, что случилось? — ласково спросил он.

— Добренький, да?! Добренький?! Проделываешь все эти страшные вещи с людьми, и хочешь казаться хорошим! Утащил бы меня в подвал, а там делай, что хочется?! — кричал парень, и его колотило мелкой дрожью.

      Руслан накапал из пузырька какой-то жёлтой жидкости, а затем поднёс ко рту Легкова.

— Пей! — сказал строго.

— Что это? — промямлил Олесь.