Балансируя на кончиках пальцев

Хочу посмотреть, как ты кончишь.

      Руслана припал к его соскам и поцеловал каждый по очереди, потом двинулся дальше не прекращая ласкать член. Он лизнул пупок и снова вернулся назад. Обхватил сосок губами и начал сосать так, чтобы это причинило лёгкую боль. Парень несколько раз дёрнулся, кончая в его ладонь.

      Руслан быстро вытер руку влажной салфеткой, лежащей на столе. Потом снял с парня маску для глаз. Следом он поднял его на руки и сел в своё кресло. Парень доверчиво прижался к нему боком, положив голову на грудь.

Затем Олесь почувствовал бедром вздыбленный орган.

— А как же вы, Милорд? — всхлипнув, спросил он.

— Я большой мальчик, справлюсь. Сейчас расскажи всё, что чувствовал с самого начала. Не торопись. Мы не спешим.

      Руслан укрыл парня пледом, которое заранее положил на подлокотник, а потом крепко обнял. Олесь дрожащим голосом поведал, как это было. Оказалось, в какой-то момент он как будто в транс впал и не помнил, сколько времени прошло.

Затем разум раздвоился на две половины. В конце вторая половина, рассыпалась чёрным вокруг него, и как будто хотела поглотить, но всё испарилось, как только Руслан его обнял.

— Что ты сейчас чувствуешь? После того, как я заставил тебя кончить, — спросил Черкасов.

— Неловкость. Ко мне так никто не прикасался. Всё время только я. Но у меня нет тех мыслей, как раньше. Это приятно, когда тебя так ласкают. И да, это моё тело, что хочу то и делаю! — сказал он решительно последнюю фразу.

— Умница, малыш. Ты справился. Завтра последний этап. Но там не будет ничего страшного, только приятное, обещаю, — Руслан поцеловал его в макушку.

— Я хотел бы остаться с вами, Милорд, навсегда, — мечтательно произнёс Олесь.

— Я не против, мой мальчик. Но как ты понимаешь, мы не можем видеть будущее. Кто-то живёт до самой смерти друг с другом. Иные разводятся после двадцати лет брака. Давай не будем загадывать. Можно просто жить и наслаждаться жизнью, любовью. Я хочу попробовать раздвинуть твои горизонты в сексе.

Как ты понимаешь, это касается той комнаты в подвале. Но повторю ещё раз, ничего не будет, потому что ты не дал согласия.

— Я ещё боюсь. Я вообще трусишка по жизни. С парнями из класса сходился легко. Говорят, я до травмы, был весёлым душой компании. Но, тем не менее, я привык слушаться взрослых. Чтобы они за тебя что-то решали. Нет, родители спрашивали моё мнение тоже. Но я такой неприспособленный.