Балласт для Бориса (СИ)

— Я пришлю за вами машину, она прибудет в течение пятнадцати минут…

Я не помню, как металась по дому, в поисках вещей, помню лишь то, как снова и снова пыталась дозвониться Борису, но на том конце, раз за разом девушка механическим голосом оповещала о том, что абонент временно не доступен. Черт!..

Это не может быть Борис! Я не верю! Не верю! Он сильный, он бы со всем справился! Это все не правда!..

Смахивая с глаз слезы, я спустилась по ступеням и выскочила за ворота, где меня уже ожидала черная машина с затемненными стеклами.

— Можете ехать, — проговорила я, пытаясь успокоиться, но мне никто не ответил и машина с места почему-то не сдвинулась.

Подняв взгляд, меня бросило в дрожь, потому что из зеркала заднего вида на меня внимательно смотрел черноволосый парень и улыбался.

— Ну, здравствуй, сестренка…

* * *Рано утром Борису позвонил Дмитрий и сообщил о том, что наркоша, толкающий дурь в ночном клубе, наконец-то пойман и сейчас ждет своего приговора в кабинете.

Мужчина взглянул на спящую Вику и тяжело вздохнул, потому, что ему больше всего хотелось поваляться в выходной со своей малышкой, а не разбираться с каким-то обдолбанным чертом.

Поцеловав девушку в лоб, Кравцов поднялся, нашел на ее рабочем столе чистый листок, на котором написал маленькое сообщение, чтобы та, проснувшись, не волновалась, положил его на подушку и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

Поспешно собравшись, мужчина сел в машину и поехал прочь, уже предвкушая то, как он отыграется на гребаном наркомане, который вырвал его из теплой койки в такую рань.

К клубу Борис подъехал минут через двадцать и, припарковавшись практически у самого входа, выбрался из машины и быстро пошел внутрь, потому, что ему хотелось как можно скорее разобраться с подонком и вернуться домой, если повезет, до пробуждения Вики.

В кабинете Дмитрия было мало света и сильно накурено.

— Кто тебя послал? — спросил Борис с ядовитым спокойствием. — Тебе же лучше, если ты все расскажешь…

Один из охранников занес кулак, от чего парень стал закрывать голову руками, дрожа как осиновый листок.

— Мы уже пробовали, — Дмитрий сделал последнюю затяжку и бросил недокуренную сигарету в пепельницу. — Он просто молчит.