Балласт для Бориса (СИ)

Он точно получил мою смс-ку, поэтому и ответил так, чтобы никто ничего не заподозрил… Почему-то эта мысль успокаивала меня и давала небольшую надежду на то, что все будет хорошо…

29

Мы ехали уже довольно долго, но никто из нас больше не пытался заговорить. Руслан даже не посчитал нужным связать меня и закрыть глаза, видимо он прекрасно знал, что я никогда не выберусь из места, в которое он меня везет. Парень всего лишь выбросил в окно мой телефон на выезде из города и все.

Я же чувствовала себя странно — вроде бы мне страшно, но в то же время я была уверена, что ничего плохого со мной не произойдет, ведь Борис во всем обязательно разберется.

— Что теперь со мной будет? — спросила, рассматривая проносящиеся за окном деревья и щурясь от яркого весеннего солнца.

Мой брат хмыкнул.

— Ничего, если ты правильно сыграешь свою роль, — серьезно сказал он, продолжая вести машину.

Я обернулась к нему.

— Что это значит? — не поняла.

— Ничего, сестренка. Моя мать решила раз и навсегда покончить с тобой, ей надоело ждать. Сегодня вечером она вернется в город и все закончится.

Вот значит как? Выходит, все случится уже сегодня…

— А ты значит у нее мальчик на побегушках? Выполняешь всю грязную работенку?

Брюнет усмехнулся.

— Типа того.

И снова молчание.

Наверное, всего этого могло и не быть. Я бы легко могла выскочить из университета через другой выход или выпрыгнуть через окно, позвонить Борису, наплевав на угрозы Руслана, но вместо этого я здесь, в его машине и еду туда, откуда могу никогда не вернуться.

— И какие у Елены на меня планы? — спросила тихо. — Просто убьет меня, как маму и папу?..

Федоров свернул с асфальта и поехал по грунтовке мимо леса.

— Я не могу знать, что придет в голову моей матери, она женщина непредсказуемая.

И он так легко об этом говорит. Руслан будто везет на убой овечку, а не собственную сестру, пускай даже лишь по линии отца. Должна же быть какая-то человечность, в конце концов?..

Буквально через десять минут мы подобрались к дому-особняку и въехали в большой двор, после чего меня насильно вытащили из машины и поволокли прямиком в дом под внимательным взглядом Федорова.

— Пустите меня! — закричала я, сопротивляясь.