Бальзам Авиценны

Как раз в этот момент седовласый мужчина встал, и падре, боясь ошибиться и поверить в невероятную удачу, неуверенно окликнул его:

– Синьор Лоренцо?!

Седовласый обернулся и, увидев священника, испуганно отшатнулся, осенив себя крестным знамением.

– Франциск? – Голос его предательски дрогнул. – Вы… живы?

– Господь с вами, синьор, что вы говорите? – Падре вытер платком градом катившийся со лба пот.

– Фу… – Кажется, этот жест убедил синьора Лоренцо в реальности происходящего. Он облегченно вздохнул и попытался улыбнуться.

 – Простите, но… я ехал на ваши похороны! Мне сообщили, что вы скоропостижно скончались.

На мгновение священник онемел от изумления, но, услышав, как негромко хлопнула дверь храма, кинулся к синьору Лоренцо и вцепился в его руку – вдруг это вошли бандиты?"

"– Синьор, я жив! Ко мне приходили за адресом монастыря, где находится Лючия. Чуть не убили, но я сумел бежать, – торопливо глотая слова, зашептал Франциск, пытаясь дотянуться губами до уха Лоренцо, который был выше его почти на голову.

 – Они меня выследили даже здесь…

– Лючия? – Седовласый синьор сделал знак ожидавшим в стороне молодым людям. Они подошли и взяли собеседников в живое кольцо.

– Я бросил все, чтобы поскорее предупредить вас, и, на счастье, встретил на половине пути, – продолжил отец Франциск.

– Вот как? – Синьор Лоренцо взял его под руку и повел к выходу. – Не волнуйтесь, со мной вас никто не осмелится тронуть. Кто приходил за адресом, когда?

– Несколько дней назад заявился совершенно незнакомый господин, судя по выговору, француз.

 – Священник немного отдышался и.успокоился. Главное он успел предупредить синьора Лоренцо.

– Пойдемте, нельзя терять времени, – забеспокоился синьор Лореннцо. – Вы говорите, он преследовал вас и здесь, в Турине?

– Да, только что.

Когда отец Франциск вместе с синьором Лоренцо и его охраной миновали пустой садик при храме и вышли в калитку, в переулке не было ни души…

Мсье Фиш перекатил сигару из одного угла рта в другой, мрачно поглядел вслед отцу Франциску, удалявшемуся в компании синьора Лоренцо и его охраны.

Нотариус зло выругался, выплюнул окурок на мостовую и обернулся к понуро стоявшему рядом Шарлю:

– Ты стал нерасторопен, мой милый! Неужели трудно всадить попику пулю в спину?

– Да? – взорвался Рико. – Кто знал, что они встретятся? Я думал, святоша сам отдаст концы, когда маленько побегает. Еще бы немного, и…

– Ладно! – Эммануэль примирительно похлопал его по плечу.