Может быть, это и неплохо, а то уже у первоклашек в портфелях стали находить все эти розовые сувениры, друг дружке на день рождения приносят, и что самое дикое — у девчонок изымают ошалевшие учителя. Они уже с резиновыми болванками спать ложатся, как раньше с куклами, с невинными пупсиками... Если кто-то сознательно поджег, то благое дело сделал. Вот ему надо если не памятник, то хотя бы мемориальную доску при жизни, — закончил Пафнутьев свои рассуждения и увидел в толпе милиционеров плотную тяжелую фигуру Шаланды.
— Привет, Паша, — Шаланда тоже заметил подходившего Пафнутьева и шагнул ему навстречу. — Видишь, как полыхает?
— Красиво, — кивнул Пафнутьев. — Фердолевский здесь?
— Где-то прыгал... Очень огорчен. Чуть не плачет.
— Перебьется. Слушай, Шаланда, покажи мне мотоцикл, о котором ты говорил по телефону.
— А, мотоцикл, — Шаланда искоса глянул на Пафнутьева, но ничего не сказал, молча направился в темноту. — Пошли, пошли, — раздался его голос, и Пафнутьев заторопился следом.
— Еще теплый. Значит, стоит не так уж и долго.
— Знакомый мотоцикл? — спросил Шаланда.
— Нет, впервые вижу... И номера незнакомые... Областные номера... Твои ребята записали?
— И сфотографировали. Я еще и пост выставил... Если хозяин подойдет, его тут же и прищучат.
— И об этом подумали.
— Понятно... Твой вывод? Поджог? Замыкание?
— Только поджог. Да еще и со взрывом.
— Кто-то круто взялся за Фердолевского... Сначала его контора на воздух взлетела, теперь склад... Как бы с ним самим чего не случилось.
— Случится, — Шаланда произнес это с такой уверенностью, будто только от него зависело — уцелеет Фердолевский или нет. — Обязательно случится.
— Голова есть на плечах. Этого достаточно, — назидательно произнес Шаланда, постучав себя кулаком по лбу.
— Голова — это хорошо... А пожарные...
— Да что там пожарные! — Шаланда махнул рукой. — Они только довершили дело... Там же какой товар? Сигареты, жвачка, водка, презервативы, прочие резино-технические изделия определенного пошиба... Когда все это разогрелось, а потом попало под холодную воду... Утром здесь понадобятся только мусоровозы.
— Пойду посмотрю, — сказал Пафнутьев и шагнул на ярко освещенное пространство двора.
