Бандитский век короток

Обе, — вежливо по просил он.

— Ч-что? — не веря своим ушам, переспросила Тамара Васильевна. А Надя ничего не спросила, только смотрела, широко открыв глаза.

— Раздевайтесь, дырки ментовские, — страшно прошептал молодой.

И тогда Тамара Васильевна закричала.

Лейтенант милиции Иван Крутов был, в общем-то, совершенно нормальным русским парнем.

Сколько он себя помнил, желание стать милиционером и верно служить России всегда сочеталось у него со стремлением красиво жить и иметь большие деньги.

После армии он подал заявление в школу милиции.

Там он быстро понял, что первая часть его мечты — самоотверженное служение Отечеству — вполне реальна, что касается части второй… Смешная ментовская зарплата и теряющаяся где-то в необозримой перспективе комната в общежитии — вот и все атрибуты шикарной жизни, на которые он мог рассчитывать.

В то же время Иван видел, как совсем рядом, за прозрачной, эфемерной, но непреодолимой стеной, кипел тёмными страстями другой мир, в котором шикарные иномарки, мобильные телефоны, витые золотые цепи с тяжелыми крестами были не роскошью, а обычными, повседневно необходимыми вещами.

Для обитателей этого параллельно-перпендикулярного мира дорогой, сверкающий огнями в ночи ресторан был местом, где можно пожрать, а девушки — боже, какие у них были девушки! — всего лишь средством для снятия стресса.

— Не касайся прозрачной стены между мирами, — внушали лейтенанту Крутову педагоги в школе милиции.

— Не переходи эфемерную грань, — грозили пальцем старшие товарищи по отделению.

А сами переходили, сами касались! И ещё как касались! Иван видел, как другие менты ныряли в тот, другой мир, какое-то время плавали там легко и свободно, а потом выныривали обратно со сверкающими возбужденно глазами, с оттопыренными карманами. И после каждого очередного возвращения оттуда мундиры их все больше покрывались дерьмом и кровью, а лица все больше напоминали свиные рыла.

Иван Крутов терпел и смотрел на это дело, а потом не выдержал и коснулся. Один раз. Одним пальцем.

И из-под конвоя бежал рецидивист. Иван почувствовал такое омерзение… Он поклялся себе, что никогда больше… Но прилипшая к пальцу при касании радужная зелень быстро кончилась, утекла, и лейтенант снова, против своей воли, прикоснулся. Как-то само собой получилось.

И через день неустановленная машина сбила насмерть девушку, свидетельницу по уголовному делу. Сбила и скрылась. Теперь уже не только палец, но и вся рука Ивана оказалась восхитительно зеленого цвета.